— Душу забирают ангелы… — отвечаю я, всё ещё наблюдая эволюции его искры.
— Ангелы? — удивляется он. — А вы тогда, кто?
— А мы просто демоны. — улыбается мама.
— О как! — ещё больше удивляется он. — А я думал пришельцы. Ну или рептилоиды…
Похоже я погорячился, решив, что он составил правильную картину мира.
— Прямо сейчас я не могу вам дать какой-то фронт работ, нам с вами сначала нужно познакомиться, — мама стала брать в оборот нового слугу. — Да и вам наверняка нужно завершить свою старую жизнь, чтобы начать новую с чистого листа. Через несколько дней ваши знакомые начнут замечать, что вы молодеете. Поэтому я вам позвоню… скажем, в четверг и уже выдам дальнейшие инструкции.
Алексей кивнул, а мама всем своим видом показала, что аудиенция окончена. Новый слуга всё понял, развернулся, и испуганно отпрянул от стоящей рядом с ним девочки в ярких лосинах.
— Извините! — кинул он ей и скрылся в автобусе. А мы пошли домой.
— Удачно он появился! — сказала мама, когда мы зашли в подъезд. — Тебе как раз нужно было научиться передавать слугам Благодать. Но на своих, к кому уже привязался, учиться не стоит. В первый раз можно выдать слишком много и человек умрёт. А этот Алексей — никто. Его не жалко.
— То есть он мог сейчас умереть? — остановившись перед нами, на площадке между этажами, спросила Мегуми.
— Мог. Но ведь лучше он, чем ты или Клара. Не так ли? — прищурилась мама.
— Просто тело трудно было бы вывозить, — пожала плечами японка и стала подниматься дальше. — Много свидетелей.
— Я осознавал опасность и передал ему самый минимум. Хотя, наверное, мог бы ещё меньше, — сказал я в основном для Мегуми. Меня не обманула эта её бравада.
— А вот я не совсем поняла, зачем он тебе? — закрывая дверь квартиры, спросила мама. — Мне было интересно почему он вернулся, только и всего.
— Не знаю точно. — пожал плечами я. — Какое-то предчувствие. Словно он недостающая деталь от паззла, который я собираю.
— Очень интересно… — задумалась мама. — Но предчувствиям стоит доверять.
— Он может быть шпионом, — раздеваясь и раскладывая по местам снятое оружие высказалась Ми. — Очень уж он вовремя появился, — она оглядела нас. — Что? Я всё слышала про ваши планы.
— Даже если он сейчас шпион, то мы пока ничего такого и не делаем, — ответила мама. — А когда делать начнём, он шпионом быть уже перестанет. Полученная от демона Благодать привязывает людей к нему.
— Как привязывает? — выскочила из ванной Мегуми в одном нижнем белье и уставилась на маму.
— Совсем привязывает, — пояснила мама. — Человек становится не способен на предательство.
— Но ты же со мной ничего такого не делал? — спросила меня Ми почти умоляющим голосом. Чёрт знает, что с ней творится. Нужно почитать-таки про стокгольмский синдром.
Машу головой, но японку это не успокаивает. Она сбегает в спальню с комком одежды.
— Мам, ты говорила, что все кому-то принадлежат. А Алексей, он был чей? Я не получу новых проблем от того, что сделал его слугой?
— Из-за того, что людей сейчас много, демоны перестали конфликтовать из-за них. Просто считается, кто людям платит — тот и хозяин. Если человек действительно что-то из себя представляет, его делают слугой. Слуг уже трогать нельзя. Ну и детей, но про это ты уже знаешь.
— А если Алексей уже был чей-то слуга?
— Он бы умер от твоей Благодати. О таком эффекте слуг предупреждают. Потом.
Мне кажется, или всё же мама знает больше, чем старается показать и тщательно дозирует информацию? Но зачем? А может такое быть, что она не моя? А как проверить? А она только что рассказала как. Блин, как неловко прямо сейчас спрашивать, словно я ей не доверяю…
— Мам, а тебе нужна Благодать?
— В академии слуг нас учили собирать крохи Благодати, постоянно исходящие от Господина, — улыбнулась она и протянула ко мне руку: — Но я, конечно же, не откажусь от хорошей порции!
Я взял её за руку и повторил те действия с щупальцем тумана. Только на этот раз едва коснувшись, сразу же убираю Благодать назад.
Мама издала блаженный стон и закатила глаза. Кажется, на женщин это действует по-другому. В прострации она подошла к дивану и плюхнулась на него.
Стоп! А если благодать передавать демону, он тоже привязывается? Хиноэнма передала мне позавчера приличную порцию. Пытаюсь понять, что к ней сейчас чувствую…
Вроде ничего. Если и хотела привязать — то это не сработало. Я даже про свидание вчера забыл. Надеюсь, она тоже забыла. Почему-то смотрю на лежащий на стойке смартфон, задорно подмигивающий светодиодом. Беру его в руки.
«Помни! Ты мне должен свидание! И даже твоя смерть, в следующую нашу встречу, уже не будет оправданием! Твоя Мероди»
Бли-ин!
Вот вроде и не собираюсь в ближайшие полсотни лет никуда отсюда вылезать. И самолёты в нашу дыру из Японии не летают. Но чувствую я, что скоро вновь её встречу. И кто бы мне ответил на один простой вопрос: какого такого чёрта, она вдруг пишет мне «твоя»?!
Телефон снова пиликает сообщением. С подозрением смотрю на него, но нет, это не мой. Мама отскребает себя с дивана, смотрит на своём телефоне сообщение и идёт на улицу.
И снова сообщение. Теперь точно у меня.
