Лампочка почему-то горит тускло. Едва освещает испятнанные стены. И Тор думает, что это к лучшему. Все же... к лучшему. Развивать мысль Тору почему-то не хочется. Вместо этого он прикрывает глаза, надеясь уснуть. Но перед внутренним взглядом встает лицо Джейн. Рядом с ней стоит Локи, обнимает за плечи. И улыбается. Как-то светло, по-доброму. И на лице Джейн тоже улыбка. Она протягивает руку, словно приглашая Тора присоединиться. Он кивает, поднимается на ноги. И понимает вдруг, что они втроем стоят меж узловатых корней Иггдрасиля. Маг кладет ладонь на плечо Тора и тихо говорит:
– Она теперь будет здесь. Ей будет хорошо, обещаю.
– Я не слышал, чтобы здесь можно было жить, – замечает Тор, провожая глазами фигуру Джейн. Простое белое платье стелется по пушистому мху, ветер ерошит ее длинные волосы. Женщина, видимо, чувствует взгляд Тора и, не оборачиваясь, вскидывает руку в прощальном жесте. Бог Грома не чувствует ни горя, ни отчаяния... Лишь легкое сожаление. Словно надолго распрощался с близким другом.
– Я ведь маг. Тем более, это лишь образ, наше с тобой представление о мировом древе. Помнишь, мать рассказывала? – Бог Безумия улыбается. И повторяет:
– Здесь ей будет хорошо.
Тор кивает и опускается на мох. Прислоняется спиной к огромному корню, запрокидывает голову, пытаясь разглядеть верхушку.
– Думаешь разглядеть орла? – Локи садится рядом.
– Почему бы и нет? – громовержец пожимает плечами. – Он ведь должен быть там.
– Улетел крылья размять, – предлагает маг.
– Ну, возможно, – чуть подумав, соглашается Тор, – надо же ему хоть когда-то летать.
– Вода плещется, – младший кивает куда-то вбок, – слышишь?
– Нет, – Бог Грома качает головой. – А должен?
– Не знаю.
Локи замолкает. А потом начинает напевать. Совсем тихо. Ту самую песню из детства.
Тор пододвигается к младшему чуть ближе. Так, чтобы чувствовать его плечо. Закрывает глаза, вслушиваясь в слова. И, помолчав, спрашивает:
– Зачем ты с ней так?
– Убил? – через паузу спрашивает Локи. И Тор чувствует на себе его внимательный взгляд.
– Изнасиловал, – Тор не открывает глаза.
– Не знаю, – легкомысленно дергает плечом маг. – А что?
– Да нет, ничего.
И Тор понимает, что ему и правда плевать. По крайней мере, сейчас.
– Это правильно, – кивает Локи, – у тебя будет время для ненависти ко мне. А пока отдыхай.
________________________________________________________
Scorpions – Wind of Change - только из-за атмосферы. Не знаю, так уж выскочило в плейлисте.
Логично предположить, что возник ряд вопросов по предыдущим главам. Но это лишь вторая часть тринадцатой. В ней можно найти только уточнение предыдущих вопросов.
Chapter XIV
Он смеется. Тихо, бессмысленно. Просто издает этот странный звук. Скорее всхлип, чем смех. Должно быть, это странно звучит. Локи не знает. Да и, признаться, не хочет знать. Единственное, что его волнует сейчас – Джейн.
Она просто стоит напротив и смотрит. Локи уже не пытается отвернуться или уйти куда-то... И уже плевать на то, что настоящая Джейн никогда не была здесь, в его резиденции, а погибла в том взрыве, уничтожившем канзасский штаб. Маг почти верит в то, что изнасиловал и размазал ее по стенам на глазах у брата.
Ведь какая разница, она это или нет? Главное - Тор уверен в том, что он, Локи сделал это.
Бог Безумия снова смеется. Проводит рукой перед глазами у призрачной Джейн, щелкает пальцами, пытаясь привлечь внимание.
– Это ты виновата, – шепчет он. – Ты отняла его у меня, а потом предала. И ты, и твой выродок должны были умереть. Слышишь меня?
И тишина в ответ. Тишина, наполненная насмешкой.
– Теперь он ненавидит меня еще больше, – Локи истерично хихикает. – Ненавидит за то, что я убил предателя. Но ведь предатели заслуживают... Нет-нет-нет! – маг вздрагивает, пятится к стене, вцепляется в виски пальцами, – значит, и я... Я ведь тоже предал! И я тоже... заслуживаю смерти?
Призрак молча истаивает. Естественно, призраки ведь никогда не отвечают. Только заставляют задавать вопросы.
И Локи в бессильной злобе пинает воздух.
– Я свихнулся, – констатирует маг, кивая своему отражению. Но оно только презрительно дергает плечом в ответ и исчезает, оставляя после себя пустоту.
Локи еще пару минут тупо смотрит в пустое зеркало, а потом щелкает пальцами, возвращая отражение на место. Помнится в детстве, он часто забавлялся так. И Тор здорово пугался, не находя в зеркале положенного лица. Но сам был виноват, не стоило унижать своего младшего брата перед всеми.
Однажды Локи лишил громовержца отражения на неделю. И тот даже просил прощения. Своеобразно, конечно. Но два дня, проведенных вместе, без общества друзей Тора... Локи тогда на лучшее и рассчитывать не мог.
Сколько же лет ему тогда было? Двенадцать?
Да, кажется двенадцать.
Маг улыбается, вспоминая почему-то залитый солнцем золотой дворец. Дом. Как знать, может, если бы судьба распорядилась бы иначе, и он действительно был сыном Одина и братом Тору... Может, Тор любил бы его? И не случилось бы всего... этого.
Хотя причем тут судьба?
