– Без меня ты не сможешь вымыться, – ставит в известность Бог Грома.
– Штаны я снять в состоянии, – Локи отворачивается и тянет лохмотья, оставшиеся от брюк, вниз.
На внутренней стороне бедер мага темные засохшие подтеки. И Тор закусывает губу, зажмуриваясь.
В ушах эхом отдается сорванный голос младшего, шепчущего его имя.
– Красивый? – вдруг с насмешкой спрашивает Локи, оборачиваясь.
– Давай руку, я помогу тебе, – не своим голосом выдавливает громовержец и явно сильнее, чем нужно вцепляется в тонкие пальцы брата.
В ответ Локи напряженно усмехается и, опираясь на руку Тора, ступает в поддон душевой.
– Воду включи, – Локи вцепляется в стену, явно боясь потерять равновесие, – только аккуратней, мне нельзя мочить лицо.
Тор послушно открывает кран и Локи со вскриком отшатывается, едва не падая. Тор едва успевает поймать его в самый последний момент.
– Сдурел?! Это же кипяток! – возмущенно шипит маг.
Тор сует руку под струи воды и пожимает плечами:
– Нормальная теплая вода.
– Для тебя, – уже спокойней уточняет Локи. – Будь добр, сделай чуть холодней.
Наконец, когда проблема с температурой воды решена, Тор достает с полки мочалку и начинает намыливать.
– Лучше бы гель для душа взял, – советует Локи, коснувшись пальцами мыла в руках Тора.
– Как?.. Гель? – недоуменно переспрашивает громовержец, автоматически оглядывая полки. И зацепляется взглядом за прозрачную бутылочку.
– Мне нравится запах, – маг дергает уголком губы, изображая улыбку.
Тор кивает и льет на живот брата прозрачную жидкость, пахнущую чем-то сладким.
Младший вздрагивает, дергается, отшатываясь. Но Бог Грома держит крепко. Размазывает субстанцию по коже ладонью.
– Это делают мочалкой, – напряженно говорит Локи.
– Ага, – кивает громовержец. – Сейчас.
Провести по нежной коже внизу живота младшего, по бедру, забраться пальцами на внутреннюю сторону... И Тору отчего-то вспоминается, как в детстве в реке точно так же отмывал младшего от грязи.
– Может, хватит? – голос у мага какой-то странный. Отчаянный?
Тор молча перекладывает мочалку в правую руку и ведет по коже брата, отмывая грязь. Разворачивает спиной, проходится по пояснице, по лопаткам, шее... Белая пена становится грязно-розовой.
Остаются красные подтеки на ногах. Бог Грома осторожно касается пальцами ягодиц брата и тихо выговаривает:
– Локи, надо смыть...
– Я сам! – маг вцепляется в запястье громовержца. – Позволь, я хотя бы это сделаю сам.
– Прости, – Тор смущенно кивает.
Локи молча отворачивается к стене и скользит пальцами по коже, чуть раздвигает ягодицы, касается...
И Бог Грома хрипло выдыхает, жадно следя за его движениями. Жар приливает к щекам, распространяется по всему телу... В паху становится тяжело.
А Локи вдруг тоже выдыхает. Но не так. Сипло, словно от боли.
Громовержец вздрагивает и трясет головой, в надежде прогнать наваждение.
Он же сам сделал это с братом! Как можно...
– Не мог бы ты... – маг сглатывает. – Полей, пожалуйста, водой. Мне надо смыть мыло.
– Сейчас.
Вода словно ласкает кожу младшего. Стекает по ней, гладкой, чистой, блестящими каплями. И, если не смотреть на ожог на груди и изуродованное лицо, – перед Богом Грома прежний Локи.
Чистые влажные волосы, которые Тор долго вытирал под предлогом, что вода может натечь на лицо младшего, теперь чуть вьются, в беспорядке торчат в разные стороны. И маг то и дело приглаживает их ладонью.
– Надо сменить повязки и протереть лицо, – вдруг говорит маг.
– Я помогу, – поспешно говорит Тор и прикрывает ноги младшего простыней.
– И достань мне что-нибудь из одежды, – добавляет Локи.
– Сначала глаза, – не соглашается громовержец и отлепляет пластырь, фиксирующий марлевую повязку на правом глазу мага. И вздрагивает, на секунду прикрывая глаза: все, конечно, не так плохо, как вчера, но смотреть на брата и видеть вместо ярких зеленых глаз воспаленные провалы...
– Уже получше, – говорит он, отлепляя вторую повязку. – Заживает.
– Естественно, – равнодушно кивает маг. – Так и должно быть. Хотя я рассчитывал, что дело пойдет быстрей. Но этот яд не совсем обычный. Замедляет регенерацию.
– Через неделю и шрамов не останется, – пытается разрядить атмосферу Тор. Но Локи только пожимает плечами.
– Достань влажные антибактериальные салфетки из аптечки и протри лицо. Там, где нет серьезных повреждений, – тихо говорит он. – Просто сотри грязь.
И Тор, на удивление, быстро найдя эти салфетки, начинает осторожно протирать лицо младшего, стараясь причинить как можно меньше боли.
Стирает засохшую кровь из уголков губ, убирает грязь с подбородка – мелкие язвочки уже начали затягиваться, оставляя после себя странную жидкость. Обводит рану на шее, стараясь не задеть воспаленные края.
Поднимает лицо младшего, чуть поворачивая к свету. Почти так же, как в том сне, намертво засевшем в памяти.
– Болит поменьше? – зачем-то спрашивает он.
Наверное, просто, чтобы нарушить тяжелую, напряженную тишину.
– Да, – коротко отвечает маг. – Меньше.
