Вспомнив про Линду, я решила лично связаться с ней и рассказать про Барри. Пусть мы и не близкие друг другу люди, но из моих уст негативная информация прозвучала бы не так равнодушно, как из уст полицейского или агента ФБР. Я ни в коем случае не принижаю умения своих коллег, но так мне было спокойнее.
После разговора с Линдой, мы с Крисом связались со школой, в которой она училась вместе с Айлин, Стивеном, её братом, а так же с таинственным Мэтью.
Женщина из школьного архива поведала нам трагическую историю про некого Мэтью Дэвиса, который действительно учился вместе с Айлин и Стивеном. Дело в том, что Мэтью так и не довелось окончить школу, как говорил Барри. В 2005 году неподалёку от здания школы его сбил фургон. Мы покопались в архиве участка, и нашли интересную информацию. В ходе выяснения обстоятельств того происшествия ни фургона, ни водителя найдено не было. Это наводило на странную мысль, которую вслух за меня озвучил Крис.
– Нет, ну ты ведь не думаешь, что Мэтью Дэвиса сбил тот же человек, который виновен в смерти Айлин?
– Это интересная гипотеза, которую будет очень сложно проверить. Связать эти три убийства будет практически невозможно, ведь прошло больше десяти лет. Но даже если мы на минуту представим, что в смерти Мэтью Дэвиса виновен наш псих, то это уже совсем другая история. Его смело можно назвать серийным убийцей.
– У меня есть идея, как мы можем попробовать всё проверить. Свидетели, которые опознали очертания автомобиля, сказали, что это был фургон?
– Да.
– В таком случаем, если мы предполагаем, что убийца учился вместе со своими жертвами, нужно проверить все личные автомобили всех учеников того же года выпуска. И посмотри, кто занимался этим делом в 2005-ом?
Я снова открыла папку и прочла фамилию детектива, который так и не смог закрыть дело. Его звали Мирко Ковак.
– Мирко Ковач? – тут же переспросил меня Крис, невольно поправив моё неверное произношение. – Я помню это имя, про него здесь практически все знают. Его предки уехали из Хорватии почти сразу после его рождения, но затем снова вернулись на родину. В конце 1991-го года он поехал домой, чтобы помочь своим родителям, когда началась война против Сербии. Когда война закончилась, он вернулся в Чикаго вместе с отцом, а его мать погибла в результате обстрела жилых домов. В нашем участке все, включая меня, считают его героем.
– Ты не знаешь, где он сейчас? Он еще служит?
– Нет, спустя несколько лет он ушёл из полиции и открыл частное детективное агентство, которое занимается поиском пропавших людей.
– Нам бы стоило попробовать связаться с ним и встретиться. Думаю, он тоже заинтересован в поимке преступника. Как думаешь, у него может быть информация, которая официально не задокументирована в деле?
– Всё возможно. Я поговорю с капитаном Саммерсом. Посмотрим, что он скажет. Они с Ковачем всегда были приятелями. У Саммерса должен быть его контактный телефон.
– Хорошо. А заодно надо сказать, что было бы неплохо установить круглосуточную слежку за кладбищем, есть вероятность того, что убийца туда вернётся.
И тут я вспомнила про свою мысль, которая ускользнула от меня вчера так же быстро, как и появилась.
– Я вспомнила про газон. Нужно проверить самые ближайшие к месту нахождения тел Айлин и Стивена Маршала могилы. Возможно, убийца выбрал эти места не случайно.
Мы собрали воедино всё, что хотели донести до капитана Саммерса, после чего незамедлительно направились к нему в кабинет. Сегодня он выглядел уставшим и вряд ли был настроен на продолжительные беседы. Мы старались быть краткими, но сказали всё, что хотели. Капитан был весьма учтив и без труда дал убедить себя в том, что за «Маунт Гринвуд» действительно необходима круглосуточная слежка и выделил для этого несколько сотрудников. Наша гипотеза про убийцу-школьника поначалу его удивила, но после пары минут размышлений вслух он дал нам зелёный свет. По-настоящему капитан буквально оживился только тогда, когда Крис упомянул, что нераскрытое дело вёл детектив Ковач.
– Вы хотите сказать, что можете помочь старине Ковачу раскрыть это богом забытое дело, которое, с ваших слов, связано с нашим? Что ж, я с радостью свяжусь с ним сам. Если Мирко будет не против, то я приглашу его к нам в участок. Здесь мы сможем спокойно всё обсудить. Вы тоже должны присутствовать. Я дам вам знать.
Затем мы сообщили капитану про мою версию того, что убийца, возможно, неспроста выбирает места, где оставляет жертв.
– Позвоните, а лучше съездите на кладбище, чтобы всё проверить лично. Заодно, поможете патрульным машинам сориентироваться на местности, я отправлю их следом за вами, вместе посмотрите, откуда лучше вести наблюдение.
