В Париже она была не в первый раз, но теперь вместе со своим любимым мужчиной она воспринимала это как медовый месяц.Париж открывался новыми, неизвестными ей сторонами, и она постоянно чувствовала ласку и нежность своего спутника.
Путешествие в Париж начиналось в квартире их давнего и уважаемого друга – Владимира Альбертовича Сторнаса. Комната, где они устроились, больше напоминала уголок старинной английской библиотеки. Именно английской, с ее геральдикой и канделябрами.
– Как вы себя чувствуете, Владимир Альбертович?
– Ничего, Верочка, ничего. И даже можно сказать, что неплохо. Я продолжаю консультировать и даже кое о чем пишу – о чем уже можно. Но о твоих родителях, оказывается, еще оповещать общественность рано – нити оттуда идут до сих пор. Даже о той роли, которую в их жизни сыграл Генрих Люшков писать, как как оказалось, еще рано …
– Спасибо вам за память о них …
– И за заботу о нас. Мы ее постоянно чувствуем.
Постепенно разговор свернул на предмет встречи – как Свиридовым лучше посетить Париж.
Разбирали различные варианты, но в конце концов вернулись если не к самому простому, то к самому надежному.
Свиридов воспользуется легендой и документами канадского лесоруба, который, как оказалось, за это время «сменил» несколько стран и мест работы, и теперь, оставаясь американским гражданином, работал в Латинской Америке – то в Бразилии, то в Венесуэле.
Но везде его работа была связана с деревом – с добычей и продажей древесины.
Этой легендой Свиридов уже успешно пользовался …
– А у тебя, милая Верочка, должен был остаться еще один заготовленный документ и путь отхода …
– Верно, Владимир Арнольдович! Я могла из Джейсон Норы Смитсон превратиться в Нору Дж. Смит! Я этим не воспользовалась …
– Думаю, эти документы можно использовать. С некоторой коррекцией в местах, где эта Нора наследила последние годы. И легенду подкорректировать …
Таким образом через несколько месяцев в комфортабельном первом классе пузатого «Боинга» над Европой летели уважаемый бизнесмен Джон Марсель Ларю и его подруга Нора Джейсон Смит.
По тому, как относились друг к другу эти немолодые – но еще и не старые! – американцы, у служащих антверпенского аэропорта сомнений не было – это была многолетняя связь, прочная и счастливая.
А Джон – как называла своего спутника она, и Джай – как называл ее он, обращали на окружающих минимум внимания.
Казалось, для них весь внешний мир существовал только для того, чтобы удовлетворять их желания.
Со спокойным вниманием они отрывались от разговора друг с другом для того, чтобы сделать заказ стюардессе, без любопытства проходили паспортный и таможенной контроль.
Только на площади аэропорта Орли-Запад Джон обратил внимание окружающих громким свистом, подзывая такси – ох, уж эти американцы!
Он махнул рукой и машина послушно подъехала к ним.
Но в такси Джай все-таки не удержалась и с радостным волнением разглядывала все кругом.
Водитель тоже не удержался и спросил ее – на французском языке:
– Мадам впервые в Париже?
– Простите?.. Что вы сказали? – не поняла Тоня.
– Вы впервые в Париже, мадам? – повторил водитель на плохом английском.
– Нет, я бывала здесь раньше, но очень давно. И ничего не узнаю!
Тоня на самом деле мало что узнавала – город сильно изменился.
– Отель «Бальзак»! – скомандовал Джон водителю.
– Иес, сэр! – откликнулся тот.
И примерно через двадцать минут они уже входили в холл гостиницы в отделанном под старину здании.
– Мистер Джон Ларю и мадам Нора Смит. Заказано, – сказал Джон портье за стойкой.
– Ларю … Ларю … Вы француз, месье?
– Нет, я американец.
– Пожалуйста, заполните карточки.
Джон и Нора написали несколько слов на карточках.
– Позвольте узнать, сколько дней вы пробудете у нас?
– Думаю, неделю. Как ты думаешь, Джай, недели нам хватит?
– Трудно сказать …
– Давайте я оплачу десять дней. А там будет видно. Наличные или карточка?
– Мы принимаем оплату в любой форме, как вам будет удобнее.
Джон достал из портмоне потертую кредитную карточку «Visa», выданную канадским филиалом известного американского банка.
Портье выписал чек, прокатал слип и подал гостю.
Джон не глядя расписался на слипе и сунул карточку в портмоне.
А в его кармане негромко звякнул телефон.
– Это мой банк уведомляет меня о снятии денег, – Джон достал телефон и сбросил сигнал.
– Добро пожаловать в наш отель, господа! Желаю приятного времяпрепровождения.
Служащий подхватил объемистую сумку, сброшенную с плеча мужчины, и проводил их в номер на верхнем этаже.
– Очень мило, – сказала Джай, когда служащий получил свои чаевые и удалился.
Она подошла к огромному окну.
– Смотри какой чудесный вид из окна! Спасибо, что заказал номер так высоко … А еще я хочу есть. Здесь есть ресторан?
– Тут один из самых модных ресторанов Парижа. Пошли?
Ресторан был великолепен – отделанный под старину, со старинными гобеленами и хрустальными люстрами, с уютными небольшими столиками.
К ним подошел официант, протянул папки меню.
Джай открыла папку и спросила официанта:
– А карту вин?
Получив еще одну папку Джай занялась ее изучением, и пока она просматривала перечень и выбирала вино, Джон успел сделать заказ.
– Для начала принесите нам «Дольче Беллини». А потом бутылочку Шабли 1992 года, – выбрала Джай.
– Мадам понимает толк в винах! – и официант удалился.
– Откуда ты знаешь, что именно 92 год? – удивился Джон.
