Я невыносимо устала, единственное, на что сейчас способна, так это завалиться на кровать и спать крепким сном младенца. Вряд ли Никита воспользуется беспомощностью спящей девушки. Впрочем, от парочки горячих поцелуев я бы не отказалась. У него такие тёплые и приятные губы, от их прикосновений необъяснимая дрожь по телу, постепенно сводящаяся с ума. Что я делаю? Зачем соглашаюсь? Бросаюсь в омут с головой.
Тему моей невинности мы больше не поднимали, и слава Богу. Как оказалось, мне было сложно, признаться. Такое ощущение, что постыдно в наше время в возрасте восемнадцати лет оставаться девственницей. Какие времена, такие и нравы. Но для меня общественное мнение не имеет значение, я прислушиваюсь к своим желаниям и сердцу. Пусть хоть все вокруг будут смеяться, и тыкать в меня пальцем, я буду не преклонной.
По пути домой Никита был невероятно разговорчив, много шутил и постоянно пытался завладеть моим вниманием. То ли алкоголь так повлиял на него, то ли мое признание. В его компании я чувствовала себя довольно естественно и раскрепощено, поддерживала любую тему и не стеснялась в выражениях. Хотя поначалу нашего знакомства меня смущала разница в материальном положении, поэтому я чуть ли не боялась ляпнуть что-то лишнее, в основном отмалчивалась. Сейчас, я вижу перед собой обычного парня примерно моего возраста, без пафоса и высокомерия, хвастовства и понтов.
Чего нельзя сказать о его брате. Макс, как будто построил перед собой невидимую стену, пересекать которую никому нельзя. От него так и веет холодом и пренебрежением ко всем окружающим. Как такие схожие внешне братья могут быть такими разными внутри?
Несмотря на то, что от Никиты заметно несло алкоголем, он без раздумий сей за руль своего спортивного автомобиля. Я не одобряю такие выходки, но пришлось промолчать. Если, конечно, наши отношения в будущем продолжаться, то я непременно выражу своё недовольство. Понятно, что деньги решают в любой ситуации, но только не в той, когда дело касается твоего здоровья и жизни.
К счастью, Ник так был увлечён разговором, что не геройствовал и не показывал все лошадиные силушки своей дорогой машины.
Когда мы припарковались на подземной парковке жилого комплекса, то первое, что бросилось мне в глаза, так это чёрный внедорожник Макса. Именно тот, на котором он впервые привёз меня сюда. С опозданием, пришло осознание, что хозяин автомобиля наверняка дома, ведь братья живут вместе. Как я не подумала об этом раньше.
— А это нормально, что ты приведёшь девушку домой? Брат не будет против? — задаю я наводящий вопрос.
— Максу наплевать, кого я зову. — не раздумывая отвечает Ник. — Да, к тому же по пятницам он обычно отдыхает где-нибудь, его, скорее всего даже нет здесь.
Его слова немного вернули мне оптимизма. А то, при одном воспоминании о нашем разговоре с Максом, этих ужасных угроз, мне захотелось дать дёру прямо сейчас.
Уже в лифте Ник ласково притянул меня к себе, прижавшись лбом к моему лбу, и прошептал:
— Тебе кто-нибудь хоть раз говорил, что ты невероятно сексуальна? — в его голосе звучит нежность.
В ответ я лишь загадочно улыбнулась. Кажется, Ваня что-то такое пытался до меня донести. Сексуальная, соблазнительная, привлекательная. Почему парни говорят комплименты, только, когда хотят забраться тебе под юбку? Конечно, я отлично знаю, что обладаю неотразимой внешностью, но никак не пользуюсь этим оружием.
— Нет, но я знаю. — сказала, подавшись к нему для поцелуя.
Долго ждать не пришлось, Ник тут же накрыл мои сомкнутые губы своими. Его обжигающий рот опалили прикосновением, побуждая расслабиться, отдаться во власть силы. На мгновение мы переносимся куда-то далеко отсюда. Туда где нет предрассудков и предубеждений, где только сладость момента. Я с наслаждением прижимаюсь к его телу в поисках столь нужного мне сейчас ощущения близости.
Оторвавшись от Ника для того, чтобы отдышаться, и выйти наконец из лифта, замечаю, как на его лице заиграла улыбка.
— Что тебя так развеселило? — пытаюсь уловить взгляд, за которым он что-что скрывает.
— Мы, как подростки. — слышится неприкрытое удивление. — Давно я так не целовался, и не желал затащить девушку в постель.
— Сегодня ничего не будет. — произношу тихо, чуть покраснев от неловкости.
— Я помню, о чем мы говорили, малыш. — подмигивает лукаво.
Квартира встречает нас полной темнотой и тишиной, ощущением пустоты. Ник не включает свет, и мы на ощупь двигаемся в сторону спальни. Спотыкаемся, сталкиваемся, смеёмся, но идём. Лишь в его комнате приглушённый свет загорается автоматически, и мы начинаем снимать верхнюю одежду.
