Михаил Геннадьевич сидел за своим большим столом. Перед ним лежало три толстых папки, одну из которых он изучал. Окинув меня добродушным взглядом, которым удостаивалась только я, меня попросили присесть. Одна из папок была передана мне.
- Это тебе на изучение. Варя, твоя папка отличается от папки, которая доступна для всеобщего обозрения, поэтому, она не должна попасть в руки третьим лицам. Никому! - Делая акцент на последнем слове, проговорил дед.
- Хорошо. Ещё какие-то указания будут? - Прижав к себе папку и встав со своего места озвучила я вопрос.
- Нет, можешь быть свободна. Папку домой утащишь, как и всегда? - Поинтересовался дедушка, зная мою привычку изучать дела дома.
- Да, но ты не волнуйся у меня дома она будет в безопасности. - Заверила его в надежности своей квартиры. В кабинет постучали и вошёл Сергей Валерьевич, видимо тоже за получением дела. Попрощавшись со всеми присутствующими вышла из кабинета.
Собрав все свои вещи вышла на улицу. Костя уже ждал меня рядом со своей машиной, докуривая сигарету и разговаривая с кем-то по телефону. Увидев меня, он попрощался с собеседником и открыл мне пассажирскую дверь.
Дорога до дома прошла спокойно, парень больше не пытался извиниться за содеянное и наблюдая мое нежелание разговаривать молчал. Я прижимала к себе папку и ждала того момента, когда смогу изучить ее содержимое. Костя, постоянно окидывал меня любопытным взглядом постоянно акцентируя свой взор на папке, но ничего не спрашивал.
Вечер, большая кружка чая, печеньки и материалы дела по группировке, мое лучшее время препровождение. В принципе ничего нового из этой папки я не узнала, в общих чертах все тоже самое, что и рассказывал Макс, только появилась небольшая поправка, Юрий единственный глава группировки. Пролистывая все документы, я не обнаружила ни одного упоминания о Максе, но добравшись до конца, я обнаружила отдельную папку, в ней было все о Туристе, так он там значился. В этих документах было о всех его делах за время ещё шпионажа. Фото его не было, личной информации тоже, только список и фото убитых им людей. Всего было тридцать шесть жертв, пятеро из которых были жестоко замучены. У них отсутствовали части тела, их тела были покрыты множеством резаных ран, у одной жертвы присутствовали множественные ожоги. От вида фото, отображающих жестокость человека, который меня спас, подступила тошнота и неверие во все происходящие, сомнением легло на мою душу тяжёлым камнем. Ведь я знала его с совершенно другой стороны.