Ванну мы вчера принимали раздельно, мне так и не удалось его затащить к себе. Но он был рядом, внимательно контролируя процесс, что бы я не упала и не получила дополнительных травм. Я этим бессовестно пользовалась, нарочито медленно мыля вихорку и проводя ею по своему телу. Его вид в этот момент был просто сногсшибателен, руки сжаты в кулаки, дыхание рваное и поверхностное, будто в ванной нет воздуха, и он хватает малые остатки кислорода, на лбу проступили маленькие капли его влаги, а зрачки были так расширены, что почти закрывали его радужку, и складывалось впечатление, будто его глаза чёрные, но не как не голубые. Моя экзекуция была прервана, как только я переступила бортик ванной, меня в миг закутали в полотенце и вытолкнули из ванной, предусмотрительно закрыв дверь.
Довольная его реакцией на свою шалость, собрав волосы в тюрбан и накинув на плечи шёлковый халат, приятно холодивший кожу, забралась в свою кроватку. Было уже раннее утро, но тело требовало отдыха и я укутавшись в одеяло уже почти заснув, почувствовала, как с меня, не спешно стягивают его. Следом почувствовала, как полы халата разошлись в стороны, и моих ран, касалось что-то холодное и влажное. Преодолев оковы такого желанного сна, открыла глаза. Макс сидел рядом и обрабатывал каждый мой порез, попутно накладывая на него повязку. По окончанию процедуры я была похожа на неполноценную мумию, с частично забинтованными конечностями. Макс же с невозмутимым видом, убрал на место медицинские принадлежности, вернулся в кровать, пододвинув меня, лег и выключил свет. Моему возмущению не было предела, вот просто взял и лёг. Ну что за мужчина недотрога, даже мумии хотят секса!
Стойко проглотив своё возмущение, стянула с себя халат и полотенце, все ещё покрывающее мои волосы. Макс, с закинутыми за голову руками с интересом наблюдал за моими действиями. В зарождающемся рассвете я видела его лицо, его нахальную улыбку, безумно манящие чёрные глаза, которые для меня были как зелёный сигнал светофора. Осторожно коснулась его самого большого шрама на груди и очертив его контур спустила руку к торсу с выраженными кубиками пресса. Его глаза предостерегающе сузились с схватив мою руку он перевернул меня на спину.
- Котёнок, не играй с огнём, обожжешься. - Предостерёг меня своим охрипшим голосом Макс, опускаясь с поцелуем к моей ключице.
- А мне нравиться, он красивый. - Прошептала ему, мимолётна касаясь губами шею за ушком.