– Тогда у меня другое предложение. Я знаю место, где сухо, тепло, и нас точно никто не попросит уйти. А также там есть горячий чай, растворимое кофе и даже где-то вроде валяется мёд… – пытаюсь изобразить будущее гостеприимство и невероятный интерес к её персоне. – Может, ко мне? Расскажите, что вас так сильно расстроило… Вдруг всё не так страшно и не стоило ваших слёз?
Агата смотрит на меня осуждающе, даже испуганно, и я начинаю думать, что поторопился, и своим желанием быстрее всё закончить, сейчас её спугнул.
– Я замужем! – воинственно произносит она, инстинктивно скрестив руки под грудью и отступив на шаг в сторону.
Мне хочется крикнуть ей в лицо: «Какого лешего ты тогда вообще за незнакомцем пошла и собралась идти с ним в кафе, если такая верная жена?»
Но усилием воли я сохраняю невозмутимый вид и пожимаю плечом в жесте: «Ну и?»
– Вас домой проводить? Мужу позвонить, чтобы забрал? – транслирую благородство, хотя хочу просто послать её подальше и уйти.
Она отрицательно мотает головой и, кажется, вот-вот снова разревётся.
– Если только поговорить – тогда пойдёмте. Мне кажется, что я с ума сойду, если не выговорюсь… Или вам это будет в тягость?
Я в замешательстве. Вообще не понимаю, как реагировать на подобные перепады в поведении и настроении.
Неужели эта Агата настолько наивна, что верит в то, что мне интересны её проблемы? То есть, проблемы совершенно незнакомого человека?
Или это у неё фишка такая: строить из себя расстроенную невинность и преданную женушку, а самой ходить в гости к незнакомцам?
А, может, это мне стоит её опасаться?
Кто знает, что на уме у той, которая часами сидит ревет, а потом почти без упрашиваний соглашается остаться наедине на чужой территории?
Я уже готов капитулировать и послать всю эту затею к чертям, как айфон пиликает, оповестив меня о входящем смс от Лехи.
– Меня напрягает только то, что мы до сих пор выкаем друг другу. Вроде же почти ровесники, – игриво подмигиваю Агате, демонстрируя решительность продолжить общение на её условиях. – Ты не против убрать официоз?
– Не против, – тихо отвечает, равнодушно оглядываясь по сторонам.
Отсюда до моего дома идти пешком примерно минут двадцать, но, учитывая погоду и наш вид, решаю вызвать такси.
Машина останавливается рядом с навесом через пару минут, и мы с моей новой знакомой отправляемся в путь.
Агата отодвигается максимально далеко от меня на заднем сиденье и, периодически всхлипывая, молча смотрит в окно. А я всю дорогу сижу и ухмыляюсь той нелепости, которая сейчас происходит.
Потом вспоминаю про Журавлева и набираю ему короткое:
Когда такси останавливается у моего дома, я отваливаю водиле щедрые чаевые, учитывая, что мы ему нехило так намочили заднее сиденье.
Агата нерешительно вылезает из тачки и не торопится бежать в укрытие, несмотря на то, что дождь по-прежнему лютует. Подзываю её жестом к входной двери, и она, слегка потоптавшись на месте, подходит ко мне.
– В чём дело? – стараюсь максимально сдерживать свои истинные эмоции, ведь подозреваю, что женщина теперь подумывает слинять.
– Не знаю… Странно это как-то… Неправильно. И неудобно. Я, наверное, лучше пойду…
– Да почему неудобно то? – сейчас было бы глупо её упустить, когда цель так близка. Приходится правдоподобно импровизировать. – Знаешь, почему я хочу тебе помочь? В чем настоящая причина?
Агата заинтересовано поднимает на меня глаза, и я запальчиво продолжаю:
– Просто мне самому не так давно очень помог один незнакомец. Он буквально спас мне жизнь, а ведь мог бы просто пройти мимо, как делали все другие… Когда я увидел тебя – такую несчастную, плачущую на той скамейке, то понял, что это мой шанс тоже кому-то помочь. Вот и всё.
Похоже, сработало. Она повелась. Стоит напротив и доверчиво хлопает глазами, будто ей не около сорока, а лет пятнадцать – верить в подобную чепуху.
Хотя в моих словах была и доля правды – наверное, поэтому они произвели такой эффект. Пять месяцев назад один случайный прохожий, по большому счёту, действительно спас мне жизнь. Но сейчас не об этом.
Мы в тишине поднимаемся на лифте ко мне. Впускаю Агату в свою квартиру и предвкушаю победу. Часок дам ей на «выговориться», а потом банально соблазню.
Я вижу, как она на меня смотрит, и совершенно уверен, что и в этот раз получу чужое. Чужую жену… Мне не привыкать! За то время, как я начал намеренно развлекаться с замужними девушками, для меня стали абсолютно очевидны и закономерны все их слабые места. И эта Агата явно не исключение.
Она застенчиво стаскивает с себя мокрую коричневую кофту и не знает, куда её пристроить. Я услужливо протягиваю руку и обещаю повесить вещь на змеевик.
Агата остается в заметно выцветшей футболке и спортивных штанах, которые тоже бы неплохо просушить, но женщина категорически против этого.
