Она со мной полностью

Эйден садится в свой «Челленджер». Двигатель издает громкий рев, и мы смотрим, как он выезжает на стартовую линию, чтобы победить Райана и выманить у него больше денег, чем я когда-либо видела. Сказать, что я нервничаю, было бы преуменьшением.

Эйден выходит на старт, намереваясь состязаться со своим врагом и сводным братом за две тысячи долларов – врагом, который совершил акт вандализма, сделал жизнь Эйдена несчастной и угрожал натравить своего жестокого отца на его младших братьев. Райан заслуживает гораздо большего, чем просто потерять две тысячи в гонке. Эйден и Райан останавливают машины бок о бок на стартовой линии. Джонси встает между ними. Я вижу, как Райан протягивает ему конверт с деньгами. Эйден делает то же самое. Джонси тратит секунду на то, чтобы быстро пересчитать деньги. Удовлетворенный содержимым, Джонси убирает конверты в карман и отступает назад на несколько шагов.

– Готовы к гонкам? – кричит он сквозь музыку, доносящуюся из чьей-то машины.

Толпа ликует в предвкушении. Люди стоят на машинах, толпятся на стартовой линии, пытаясь увидеть, как два самых известных врага сойдутся лоб в лоб. С кузова пикапа нам открывается довольно хороший обзор на гоночную трассу в виде извилистых проселочных дорог, освещенных лишь фарами многочисленных машин и яркой луной.

– Паркер? – Джонси кричит и показывает на Эйдена, который в ответ заводит свой двигатель.

Я вытираю потные руки о штаны.

– Симмс? – Джонси смотрит на Райана, и тот отвечает так же, как и Эйден.

Толпа аплодирует громче, надеясь, что победит гонщик, на которого они поставили.

– Начнем с трех… – Джонси поднимает три пальца, отступая назад.

Мое сердце колотится, отзываясь в ушах.

– …два… – Он опускает палец и продолжает отступать.

Я задерживаю дыхание.

Джонси стоит на месте, указывая на водителей обеими руками.

– Поехали!

Райан стартует за несколько секунд до того, как слово «поехали» вылетает из уст Джонси, а Эйден – мгновением позже. Машины мчатся по пустынным проселочным дорогам, удаляясь от основной части трассы, из-за чего в темноте трудно разглядеть, что там происходит. Если у вас хорошее зрение и вы находитесь на возвышении, как мы, то разглядеть машины возможно, хотя они и выглядят крошечными.

Несмотря на небольшое преимущество Райана, Эйден догоняет его довольно быстро. Я, конечно же, болею за Эйдена, невзирая на нервы и то, как скручивает мой живот. Они едут совсем рядом друг с другом, когда Эйден вдруг вырывается вперед и подрезает Райана на повороте, оставляя соперника на некотором расстоянии позади себя.

– Да, Эйден! – кричу я, прыгая вверх-вниз от возбуждения.

– У него получится! – Шарлотта кричит рядом со мной.

Остальные аплодируют в знак согласия.

Эйден остается лидером еще на двух поворотах, но затем Райан внезапно обгоняет его, и теперь они едут бок о бок. Мое сердце колотится так громко, что я не удивлюсь, если Джулиан его слышит.

– Давай, Эйден! – подбадриваем мы вместе с Шарлоттой.

Они доезжают до участка, где растут редкие деревья, загораживающие дорогу от нашего взгляда. Мы слышим только громкий рев их двигателей, и я могу лишь различить красное пятно «Мустанга» Райана, мелькающего сквозь деревья.

– Что происходит? Я ни черта не вижу, – жалуется Аннализа, пытаясь рассмотреть.

Вдруг из зоны с деревьями появляется пара фар. Еще одна пара следует сразу за ней.

– Кто впереди? – кричу я.

Словно отвечая на мой вопрос, машины поворачивают, и мы видим, что красный «Мустанг» Райана отстает от «Челленджера» Эйдена всего на метр.

Они продолжают движение по оставшейся части трассы с небольшим отрывом Эйдена.

– Это последний поворот перед прямой, ведущей к финишу, – объявляет Джулиан, не отрывая глаз от гонки.

Настолько крутой поворот достаточно трудно пройти на такой высокой скорости. Чтобы вписаться, нужно либо сбросить скорость, либо уйти в занос.

Они доезжают до поворота, и мне кажется, что Эйден немного притормаживает, в то время как Райан проходит его быстро, дрифтуя.

– Что он делает? – бормочет Джулиан, стоя рядом со мной.

– Что? Что он делает? – нервно спрашиваю я.

– Эйден отлично дрифтует. Почему он затормозил? – размышляет он вслух.

Толпа ликует. Люди начинают бежать к финишу. Райан восстанавливается после небольшого вращения и устремляется прямо к финишу. Эйден чуть отстает, потому что затормозил на повороте. Я прыгаю вверх и вниз, не в силах сдержать волнение. Мы с Шарлоттой и Аннализой кричим, пока ребята спокойно обмениваются взглядами, как будто они поняли что-то, чего не поняли мы.

Примерно через пять секунд после поворота машины проезжают финишную черту. Толпа кричит, свистит. А я стою на месте, совершенно ошеломленная. Эйден проиграл.

Мой разум не в состоянии осмыслить то, что только что произошло. Я спрыгиваю с пикапа, не говоря никому ни слова, и мчусь туда, где остановились Эйден и Райан. Другие тоже пытаются прорваться, чтобы поздравить гонщиков или отругать. Я прокладываю путь через людей, не заботясь о том, что веду себя совершенно невежливо. Единственное, чего я хочу, – попасть к Эйдену.

– Амелия! – зовет Мэйсон позади меня.