Как-то утром герр Фашер заявляется без предупреждения. Ему хватает одного взгляда на стареющее пятно блевотины, и он решает: баста. Он приносит совок. «Не надо! Это наш питомец!» – кричат битлы. Но герр Фашер глух к их мольбам. Он соскребает рвоту совком, спускается вниз и через парадную дверь выносит на Гроссе-Фрайхайт. Битлы следуют за ним в пародии на похоронную процессию. Фашер, отыскав на улице мусорный бак, бросает в него Нечто.
Джордж чувствует, что одержал небольшую, но важную победу. Он сдержал слово и не пошел на уступки. Его честь спасена.
Конец августа 1961 года. Летний сезон в Пуллхели для
Ринго нравится путешествовать. Осенью
Его всегда манила Америка: большие тачки, кантри, блюз, рок-н-ролл, вестерны. Так почему бы не махнуть туда? Вдохновленный творчеством Лайтнин Хопкинса[98], он выбирает Хьюстон, в штате Техас. Идет в американское консульство, которое в Ливерпуле располагалось в Кунард-билдинг, и просит иммиграционную анкету. Как выяснилось, сначало надо доказать, что у тебя есть деньги и что в США тебя ждет работа. Не испугавшись трудностей, Ринго пишет в Торговую палату Хьюстона; в ответ ему присылают список местных агентств по трудоустройству. После долгих колебаний он выбирает работу на заводе, решив, что, как только приедет, поменяет ее на что-нибудь другое.
Ринго полон решимости, но то, что он позднее назовет «огроменными анкетами», оказывается серьезным препятствием. Американцы хотят знать все о его семье, включая политическую ориентацию. «Был ли „красным“ дог вашего дедушки?» – так описывает это Ринго. Заполнение анкет оказывается Ринго не по зубам; он не в силах их одолеть и признает поражение.
Спустя несколько дней Тони Шеридан просит Ринго присоединиться к его группе сопровождения на гастролях в гамбургском клубе «Топ Тен». Ринго соглашается без колебаний. За сутки предупреждает Рори Сторма об уходе и едет в Хитроу. Перед посадкой в самолет он немного волнуется, потому что это его первый полет. Если бы не анкеты, летел бы он сейчас в другом самолете и совсем в другую сторону.
В середине июня 1962-го появляется Джо Фланнери, менеджер
– Ну и когда ты к нам присоединишься, Пит? – спрашивает он.
Пит Бест улыбается:
– Шутишь! С какой стати мне уходить из «Битлз»? Мы вот-вот прославимся.
Фланнери тушуется:
– Наверное, я поторопился с выводами. Тут прошел слушок…
– С какой стати кому-то распускать такие слухи?
Пит озадачен. Он и не собирается покидать «Битлз». В конце концов, два года у них отбарабанил.
Разговор не дает ему покоя. Что за слух такой? В середине июля Пит упоминает об этом в разговоре с мистером Эпстайном. Мистер Эпстайн краснеет и начинает что-то бормотать. Тогда Пит ставит вопрос ребром:
– Послушай, Брайан, есть какие-то планы меня заменить?
Мистер Эпстайн спешит развеять его страхи:
– Как менеджер тебе говорю: Пит, никто тебе замену не ищет.
Питу этого достаточно. Больше ни слова не сказано. Все идет как и прежде: каждое утро Пит и гастрольный менеджер группы Нил Эспинолл грузятся в фургон Нила, забитый оборудованием «Битлз», которое все так же хранится в огромном доме у матери Пита на Хейменс-Грин. По пути заезжают и за остальными битлами – Джоном, Полом и Джорджем.
Пятнадцатого августа группа отыгрывает два концерта в «Кэверн»: первый – днем, второй – вечером.
– Заеду за тобой завтра, Джон! – напоминает в конце дня Пит.
– Нет, – отвечает Джон. – Я своим ходом доберусь.
Это были последние слова, сказанные Питу кем-либо из битлов.
Перед самым уходом из «Кэверн» мистер Эпстайн просит Пита заглянуть завтра в десять утра к нему в контору. В приглашении нет ничего странного: они часто встречаются, чтобы обсудить оргмоменты. Нил привозит Пита в офис NEMS[99]. Мистеру Эпстайну явно не по себе, он несет какую-то чепуху. Спрашивает, как, по мнению Пита, дела у группы. Пит говорит: «Супер»[100] – этому слову еще только предстоит войти в моду. Судя по всему, у мистера Эпстайна что-то на уме. Но разве можно винить его за уклончивость? Ему всего двадцать семь лет, и прежде он торговал мебелью.
И вдруг совершенно внезапно мистер Эпстайн выпаливает:
– У меня для тебя плохие новости. Мы с парнями решили, что в группе ты нам больше не нужен, и вместо тебя мы берем Ринго.
– Почему? – с трудом произносит Пит.
– Им кажется, что ты не очень хороший барабанщик, – отвечает мистер Эпстайн и добавляет: – Джордж Мартин тоже считает, что ты не очень хороший ударник.
Джордж Мартин – «парлофоновский» продюсер, у которого прослушивались «Битлз». Дождавшись, когда Пит отойдет подальше, Джордж Мартин сказал Брайану Эпстайну, что Пит не держит ритм и что для записи лучше использовать сессионного ударника.
