После ужина устраивают показ фильма «Magical Mystery Tour». Джон сидит за столом со своим вонючим папашей и его юной невестой Полин, одетой тоже очень подходяще — как школьница. За одним столом с ним Силла Блэк в костюме заводского рабочего и ее муж Бобби в костюме монахини.
Между окончанием ужина и началом показа возникает пауза. «Давай, Джон, пока ждем, сыграй что-нибудь!» — предлагает Лулу, одетая как Ширли Темпл: в белых носочках, с огромным леденцом и кудряшками на увенчанной бантом голове.
— Фиг тебе, — отвечает Джон. — Может, ты, Фред?
А вот это ошибка. Алистер Тейлор, организатор вечеринки, замечает, что Фред «пьяный в дым». Само собой, он вскакивает на сцену и тут же падает носом вниз. После фильма на сцену выходит
Наконец Синтию приглашает на танец Билли Крамер, одетый, по счастливому совпадению, как солдат эпохи Регентства. «Из нас получилась милая парочка, — вспоминает Синтия, — пока мы не попытались сплясать джайв вместо вальса». Запутавшись в подоле платья, Синтия падает «в ворохе лавандовой ткани, что огромным шаром окутывает ее всю».
Джон оборачивается, и Синтия успевает поймать его взгляд. «В тот момент в его глазах не было ни любви, ни восхищения, только чистый стыд. В который раз я его подвела».
На первое собрание совета директоров «Эппл» битлы не явились. Среди тех, кто пришел, был старый приятель Джона, Пит Шоттон, которого назначили директором, хотя весь его опыт в бизнесе сводился к владению газетной лавочкой на острове Хейлинг-Айленд, которую купил ему Джон.
Встречу Шоттон начал с заявления: мол, про «Эппл» он ничего не знает и пусть члены совета его просветят. Все молчали, потому что никто из собравшихся тоже ничего не знал про «Эппл». Тогда слово взял Клайв Эпстайн, брат покойного Брайана: «Ну, насколько я понял, «Эппл» будет выпускать поздравительные открытки, а парни станут писать для них стишки».
Когда высказались и остальные члены совета, стало ясно, что цели «Эппл» каждый из них представляет себе по-своему. Наконец к Шоттону обратился Терри Доран, который на пару с Брайаном владел компанией «Брайдор карз»[711]: «Слава богу, Пит, что есть ты. Сам видишь, никто ничего не понимает. Нам позарез нужен человек вроде тебя, чтобы все тут организовать». На этом встреча завершилась, и члены совета разошлись со словами: «Удачи, Пит!» и «Поздравляю, Пит!».
Пит поехал прямиком к Джону — выяснять, что вообще происходит. Джон изложил ему бизнес-план. «Если коротко, то происходит вот что, — сказал он. — У «Битлз» есть три миллиона фунтов, которые придется отдать налоговой, если не вложить их в бизнес. То есть так или иначе надо растратить их к чертям. Значит, давай займемся бизнесом, хоть поржем немного».
Как выяснилось, смешного в этом было очень мало. Быстро развернутый бизнес так же быстро свернулся. Для начала газета «Диск энд мьюзик эко», примкнув к «Эппл», объявила о поиске новых британских звезд: «Есть сотни безвестных групп, которые, если обеспечить им правильную подачу, могут стать такими же знаменитостями, как нынешние лучшие поп-исполнители». Читателям предложили проголосовать за местные группы, а «Эппл» обещала отправить своих представителей на прослушивание кандидатов. Шестеро счастливчиков, проголосовавших за группу-победительницу, должны были получить сертификаты номиналом 25 фунтов, которые можно было потратить на одежду в новеньком «Эппл-бутике».
Тысячи читателей принялись слать имена номинантов; примерно столько же человек отправили пленки с записями своей музыки, романы и стихи. Практически ничего из присланного не было прослушано, прочитано или хотя бы вскрыто. Письма и посылки складывали в коробки и убирали в темный чулан в офисе «Эппл», прозванный Черной комнатой. Шоттон не любил об этом думать. «Душераздирающее зрелище, особенно если представить всех этих восхищенных юнцов, которые надеялись получить ответ от «Битлз» и обзавестись собственным «бентли»».
