Оставшись одна на незнакомой улице, она почувствовала, как по коже побежали мурашки. Ну что же… Потерла руки, чтобы согреть их, и вернулась в дом.
Дверь в комнату Холлиса была закрыта. Элли подняла руку, чтобы постучать, но тут же опустила и пошла к себе. Заваленная чемоданами, сумками и коробками, комната теперь уже не казалась такой большой и с каждой распакованной сумкой продолжала уменьшаться. Половина привезенных из дома вещей была неизвестно где. Другая половина валялась под ногами и мешала. В полном отчаянии Элли пинком отправила любимого плюшевого мишку через всю комнату и зарыдала в подушку. Потом, глубоко вздохнув, села на край кровати, пригладила выбившуюся прядь волос и уставилась на катастрофический беспорядок вокруг, не представляя, что делать.
Пока Элли ждала, когда ее спасут от одиночества, на улице рядом с тротуаром с визгом остановился
— У-у… Обосраться, какая красота.
Парень схватил сумки, готовясь занять свою территорию, но, пройдя два шага от двери, остановился от тошнотворного запаха смеси лимонного ароматизатора с отбеливателем. Стильная блондинка, наклонившись, протирала плинтусы.
— Об услугах горничной не упоминалось.
— Ой! — Она уронила тряпку. — Просто мне стало скучно ждать остальных. Моя мама всегда, когда ей скучно, убирается, так что я, наверное, становлюсь как мама, и это будет страшным сюрпризом для нее, я уверена, и…
— Это здорово. Оливер.
Настороженность в глазах девушки растаяла.
— Элли.
— Итак, Элли, теперь, когда ты навела в доме порядок, как ты смотришь на то, чтобы устроить маленькую вечеринку сегодня вечером?
— Я не…
— Отлично. Назначим на десять. Люди соберутся в одиннадцать или одиннадцать тридцать. Если бы ты захватила чипсы, пиво или что-то еще в этом роде, было бы замечательно. Наверху есть туалет?
Элли кивнула.
— Этажом выше, первая дверь справа. А с другой стороны холла есть еще одна лестница, которая ведет на последний этаж, там моя комната. Там еще один парень живет. Его зовут Холлис, и он помог донести мой багаж…
— Супер!
Оливер взмахнул рукой, и Элли замолчала. Он побежал вверх по лестнице, одновременно прикидывая, дает ли явная неуверенность Принцессы Трещотки шанс на успешное преследование. Но сначала нужно посмотреть, кто другие соседки. Ого, еще одна — из ванной комнаты вышла коротко стриженная брюнетка. И какое вымя, а!..
— Привет. — Он прислонился к стене. — Я…
— Я прекрасно знаю, кто ты. Перестань пялиться на мою грудь.
Она исчезла в комнате напротив.
— Лесби…
Оливер пинком закрыл дверь в ванную, расстегнул молнию и, наконец, облегчился. Он терпел с самой трассы А25. Запрокинув голову, уставился на скопления черной плесени на потолке и удовлетворенно выдохнул. Стряхнул последние капли, застегнул молнию и пнул ногой выкрашенную в белый цвет фанеру, которая закрывала борт ванны.
— Дешевое дерьмо.
К досаде Оливера, его комната находилась рядом с ванной, сразу за спальней Грудастой Суки. Ковер был настолько тонким, что его могло бы и не быть вообще, а светло-голубые занавески, перешитые из старых простыней, не задерживали свет. Кровати не было вообще, только матрас на полу. В целом комната гордо заявляла: «Да пошел ты…» Оливер произнес то же самое вслух.
Бросив сумку у двери, он плюхнулся на матрас. Черная плесень скопилась в углах и здесь. Если прищуриться, выглядело как рисунок на обоях. Может, все обойдется, подумал он, закуривая сигарету.
Идею об отсутствии кровати можно продать как новомодную чушь о свободной любви хорошеньким молоденьким цыпочкам, за которыми он приударит на Неделе новичков. Плесень можно прикрыть плакатами. Да, с плесенью он справится, но вот матрас будет вреден для его спины. Так бы сказал его физиотерапевт, подумал Оливер, пытаясь выпрямить правое колено. Не проблема, позвонит матери, скажет ей, какой размер и дизайн кровати ему нужен и когда хотелось бы ее получить. Сейчас маман дремлет у колыбельки его сводной сестры, но звонок разбудит ее.
Оливер поднялся, здоровой ногой отпихнул сумки к стене и переоделся в чистое. До вечеринки полно дел, и самое главное — найти людей, которых можно пригласить. Он схватил бумажник и вышел. В холле встретил парня в капюшоне, от которого несло жареной курицей.
— Оливер.
— Холлис.
Они пожали друг другу руки.
— Как насчет вечеринки сегодня? — поинтересовался Оливер.
— Классно. Карлинг?[7]
— Ну да.
Кивнув, Холлис двинулся дальше, закуривая.
— Ну и ладно.
Есть дела поважнее, решил он, рысью выбегая из дома. Не нужна ему эта чертова кровать.
