Макс же нажал на нервный комок, и я застонала громче.
- Вот так, не бойся,- успокаивал тигр, в то время как я пыталась уцепиться за одну важную вещь. Вернее, о чем-то меня предупреждала мать касательно оборотней, но в таких условиях думалось тяжело.
Когда губы начальника накрыли одну вершинку, к нему присоединился и второй мужчина, при этом не прекращая терзать мои мокрые складочки.
- Верь нам, Мари, и мы никогда не подведем,- просили они, но я уже с трудом соображала.
Они наши, только наши, - начал шептать внутренний голос неожиданно, и я согласилась.
Наши, не отдадим, - и сама не поняла, как в мгновение оседлала одного мужчину.
- Девочка моя,- урчал Макс, прижимая меня к себе.
Так получилось, что Максим сидел, а я устроилась на нем, обхватив его будра ногами. Моя изнывающая киска терлась о его каменный член, но мужчина не предпринимал попыток для большего, продолжая ласкать мое тело и целовать. К спине прижимался Клаус, гладя грудь и чуть прикусывая кожу на шее. От одной такой ласки меня заводило всё сильнее.
- Все будет хорошо, верь нам,- молвили они.
И вот чувствительную шею покусывает не один, а оба.
И вот тут тревожные молоточки забили сильнее. О чем я забыла?
Макс зарылся рукой в мои волосы, усиливая напор пальцев в лоне.
- Смотри на меня!- рычит, сжимая волосы в кулак. И я повинуюсь.
Клаус чуть сжал мою шею, показывая и его силу надо мной. Мне нравились, когда мужчины нежные, но сейчас стала заводить и грубость. Они окончено меня испортили!
- Не дергайся, обещаю, будет приятно,- рычит начальник, и я ощущаю его пальцы на другой дырочке.
Не смогла не дернутся. Но меня крепко удержали на месте.
- Мари, смотри на меня, расслабься,- рычал Максим, заставляя смотреть в его лицо.
Когда палец Клауса скользнул в узкое колечко, я задышала сильнее и глубже.
- Умница, вот так,- шептал кто-то из них. Я уже путалась в чувствах, так как была накалена до предела. Двойная ласка неожиданно для меня оказалась сверх приятной.
Одни пальцы проникают спереди, другие вторят сзади. И когда их движения стали резкими, я закричала и вцепилась, во что могла. Ища поддержку, чтобы просто не утонуть в этом омуте наслаждения.
- Не могу больше,- взмолилась.
- Кончай!- звучит двойной приказ, и я сделала это. Ярко, сильно, громко.
Видно, поэтому не сразу поняла, что происходит. Макс сжал мои волосы сильнее, а Клаус накрыл мой рот рукой, и теперь я не могла вымолвить и слова. А потом пришла боль!
-Аааааааааа,- хотелось кричать, что есть силы, но меня держали крепко и глушили звуки. Боль в обоих плечах заставляла вынырнуть из дурмана.
И тут я вспомнила! Люди слишком хрупки для оборотней, поэтому они с нами не спят. Но стоит им укусить нас, как тело перестраивается! Особое вещество, которое попадает в тело при укусе, изменяет нас, подстраивает под пару.
Только после того, как оборотень поставит метку человеку, они будут едины. Вот что говорила мне мама, а я не слушала!
Зато теперь все испытываю на своей шкуре.
- Поспи немного, маленькая, мы подождем,- шептал Клаус, убирая ладонь и нежно целуя в сухие губы.
- Теперь ты наша,- урчал Максим, укладывая меня на подушки.
Последнее, что я видела перед тем, как отключиться - золотые глаза, полные любви и счастья.
А как же я, почему меня не спросили, хочу ли я быть их парой?!
Мари
Страшно, как же здесь жутко. За что боги так не любят меня? Сперва ушел папа, теперь и меня с мамой похитили из деревни. Её увели семь дней назад, и больше я её не видела. Теперь я осталась одна среди этих зверей.
- Эй, куда эту малявку?- крикнул мой надзиратель, при этом хищно поглядывая на мои голые ноги.
Так как из деревни нас просто выкрали среди ночи, естественно, никаких вещей не было, и вот я уже столько времени пытаюсь согреться в своей ночной сорочке. Раньше ткань была белоснежная, сейчас она была цвета грязи.
- Она еще не сдохла?- ответили этому животному, и я сжалась сильнее.
Да, я не хотела умирать, до последнего цеплялась за жизнь. Меня не кормили уже четыре дня, воду пила в последний раз вчера в обед. И вот сейчас, видя этот похабный взгляд, я жалела, что хотела жить. Лучше бы умерла.
- Ещё нет, вон, зыркает на меня,- посмеивался зверь.
Почему именно так я его звала? Так я видела, как они меняют облик, как одним ударом убивают и раздирают плоть своими зубами. Именно так умер мой брат, защищая нас с мамой.
- Да на кой она нам, сразу ведь сдохнет, спроси у альфы, может, тебе отдаст,- посмеивался второй где то за хижиной, где меня держали.
Зверь склонился ко мне, и я от страха начала кашлять еще сильнее. На дворе наступала осень, а я на ледяном полу сплю уже которую ночь. Если он меня не убьет, и голод не затуманит разум, смерть придет в виде болезни. А мне ведь всего шестнадцать!
- Будешь моей, одну-то ночь ты переживешь. Люблю таких щуплых, вы такие узкие,- довольно урчал он, шаря своей грязной лапищей по мои ледяным ногам.
- Я лучше сдохну!
- Не волнуйся, и до этого дойдем!- довольно сообщили мне, а потом он ушел, оставляя меня испуганную и разбитую. За что мне такая судьба?
