«Никто из тех, кто в этот день впервые встретился с «лесничими» Дома Чащи и «смотрящими» Дома Звезд, не представлял себе, что с этого мгновения не только их судьба, но судьба всей Земли изменилась навсегда. Потом, много позже, одни будут называть этот день днем, когда рухнуло будущее планеты, исчезли свобода и гордость человечества, а другие – днем, когда на Землю вернулись совесть, честь и мастерство…»
– И тут эта сука выбивает мяч за ограду стадиона! – зло закончил сержант Джексон и с остервенением вгрызся в двойной гамбургер.
– Оу, fucking! – с сочувствием отозвался капрал Марджери. В отличие от Джексона он к бейсболу относился вполне спокойно. Нет, Марджери, конечно, регулярно смотрел матчи по телевизору в спортбаре и, случись что, вполне готов был поддержать разговор на тему типа: почему в прошедший уикэнд «Los Angeles Dodgers» слили матч «San Diego Padres».[1] Но мотаться каждый уикэнд двести с лишним миль из Блайта до Сан-Диего и обратно только для того, чтобы посмотреть матчи с трибун «Petco Park»,[2] – такого капрал не понимал. Неужели на выходные нельзя найти никакого другого более приятного занятия? Впрочем… капрал покосился на своего сегодняшнего напарника и еле заметно усмехнулся. Судя по тому, что Джексон с большим трудом помещался на переднем пассажирском сиденье полицейского «Форда», да и то только изрядно откинув спинку, некоторые приятные занятия этой туше явно были недоступны. Ну, или сильно затруднены. Бабы же – они на сало не клюют. Им другое подавай… А со всем этим другим у сержанта были большие проблемы. Даже если под другим понимать еще и тугой кошелек…
Пш-ш-ш-рхх… – сержант покончил с гамбургером и, «свернув голову» большой бутылке «кока-колы», жадно присосался к горлышку. Капрал снова бросил взгляд на сегодняшнего напарника. Да уж… сожрать шесть, нет, вы только подумайте, ШЕСТЬ двойных гамбургеров и… заботясь о здоровье, запить все это
Выхлебав чуть больше половины бутылки, Джексон шумно выдохнул, потом длинно и протяжно рыгнул и с блаженным выражением на лице откинулся на спинку.
– Уф… хорошо поел. – Посидев несколько секунд, он повернул голову к капралу: – А ты как? Не желаешь перекусить? Можем по-быстрому проскочить до «Эль гаучо».
– Нет, садж,[3] – мотнул головой Марджери. – У меня режим.
– А ну-да, ну-да, – кисло скривился Джексон. – Ты ж у нас – спортсмен… – Он посидел молча пару минут, потом вздохнул и с большим сожалением в голосе произнес: – А я бы сейчас полакомился парочкой буррито.
Капрал едва не поперхнулся – это после шести гамбургеров-то… а сержант снова тяжело вздохнул по упущенным перспективам и, всколыхнувшись всем телом, выудил откуда-то из-под задницы упаковку «Твикса», после чего, не откладывая дела в долгий ящик, развернул ее и сунул одну из палочек в рот. Целиком. Хрустнул, а затем удивленно произнес:
– Хм… что это там?
– Где?
– А вон, за «Пареньком в шляпе» – так называли одну из приметных скал, которая, на взгляд Марджери, ну совершенно не напоминала ни паренька, ни тем более, шляпу.
– Э-э… а это, наверное, дальнобойщики.
– Дальнобойщики?!
Джексон большую часть времени обычно торчал в офисе шерифа, занимаясь оформлением задержанных, выдачей справок и всякой другой бумажной мутотенью, поэтому слабо разбирался в особенностях данного участка местности.
– Ну да. Там, в трех милях восточнее, пост весовщиков.[4] Вот кое-кто, кто зацепил себе «за спину» на пару тонн больше разрешенного и объезжает их через ранчо тетушки Деннис.
– Это через Литл Криик, что ли?
– Нет, дальше, мимо Одинокого Зуба и на север.
– А там что, дорога есть?
– Теперь есть, – усмехнулся капрал. – Наездили.
– Хм, – криво усмехнулся сержант. – Это значит, Глухой Джо сегодня останется с носом.
Глухим Джо звали начальника весового поста. Это был здоровенный краснорожий пятидесятилетний мужик, действительно страдавший легкой глухотой. Вот только остальным от этого было только хуже. Потому что из-за этой глухоты он имел привычку все время орать. А когда на тебя орет этакое дюжее, краснорожее могучее тело, то ты точно будешь чувствовать себя не слишком-то уютно. Даже если оно орет всего лишь что-то типа: «Доброе утро»… Поэтому особенной популярностью у окружающих Глухой Джо не пользовался. Впрочем, ему было на это совершенно наплевать. Как говориться в одном известном анекдоте: «У носорога очень слабый слух и плохое зрение. Но с его массой и характером – это совершенно не его проблемы»…
