Остаток дня она провела в размышлениях о своём будущем, учила текст присяги, затем ужинала, принимала душ и готовилась к завтрашнему дню. Спать легла поздно, но сон долго не шёл. Заснула только часам к пяти утра, а в семь часов её разбудил мягкий женский голос в правом ухе:
— Просыпаемся, включаем первый канал, делаем зарядку.
— Чёртовский транслейтор! — разозлилась она, поднялась с кровати и нажала кнопку пульта.
На экране молодая женщина делала зарядку под музыку и говорила командным голосом:
— Ставим ноги на ширину плеч, руки — на талию и делаем наклоны вперёд…
Есения быстро приняла исходное положение и начала выполнять упражнения. Проигнорировать зарядку она не решилась. Была уверена, что и в комнате следят за каждым её шагом. Душ после зарядки взбодрил её, разогретый вкусный завтрак придал сил. Когда уже в приподнятом настроении она начала облачаться в красивую форму и приводить волосы в порядок, транслейтор предупредил:
— Выходите из бокса, вас ждут в актовом зале.
Есения быстро надела пилотку, ещё раз взглянула в зеркало и направилась к двери. В рекреации она чуть не столкнулась с другими девушками, спешащими на торжественное построение. Все они с достоинством поздоровались друг с другом и вышли в длинный коридор. За ночь его украсили воздушными шарами и цветами. Играла музыка, но и она не могла заглушить стука девичьих каблучков. Еська посмотрела по сторонам, отовсюду к центру коридора шли статные, крепкие студентки, одетые в форму. Не толпясь, все они прошли в широко открытую дверь огромного актового зала и встали в строй по порядку номеров, указанных на их форме. Строй девушек выглядел грандиозно, торжественно. Есения приосанилась, высоко подняла подбородок. Ей казалось, что она выглядит не достаточно хорошо среди них.
Вскоре в зал вошли солидные мужчины и женщины в форме. Музыка прекратилась. Одна женщина подошла к строю девушек и пошла вдоль него. — Подравняйтесь! Подравняйтесь! — повторяла она, глядя на носки обуви студенток.
Затем вернулась на середину строя и скомандовала:
— Смирно!
Все в строю вытянулись, как струна, и застыли в такой позе. Люди в форме медленно прошлись вдоль строя, вглядываясь в каждое девичье лицо. По периметру огромного зала стояло триста девушек. Обход длился долго. Когда он закончился, женщина скомандовала:
— Вольно!
За кафедру прошёл самый пожилой мужчина и постучал по микрофону пальцем. Услышав громкий звук, произнёс:
— Я, ректор академии, приветствую вас всех в стенах нашего высшего учебного заведения и поздравляю с началом учебного года. Прежде чем сообщить о том, чему вас будут здесь обучать, и кем вы станете по окончании академии, вы произнесёте присягу, следовать которой будете не только в стенах академии, но и всю оставшуюся жизнь. Я буду произносить её по частям, а вы — хором повторять. В зале стоит шесть столов. На каждом из них написано, с какого по какой номер студентки будут по очереди подходить и расписываться под текстом присяги. Помните, присяга — это закон для вас, по которому отныне вы будете жить, и ваши обязательства перед академией, за которые будете отвечать.
Есению вновь охватила паника. Ей казалось, что сейчас она подпишет что-то во вред себе, а может быть и преступное.
Ректор опустил голову и начал перекладывать на кафедре листки бумаги. Он явно искал какой-то документ, но не мог найти. В этот момент за его спиной, выше головы появилось овальное облачко в виде лёгкой дымки. Из него выплыл вперёд полупрозрачный образ пожилой женщины с длинными развевающимися волосами, в длинном белом подпоясанном одеянии и сандалиях на ногах. Она посмотрела на Есению, улыбнулась, одобрительно кивнула ей и исчезла.
— Диа… Дианне… Дианнея! — наконец пронеслось у Еськи в голове. — Я откуда-то знаю это видение, но, откуда?
Первых полторы сотни девушек повернулись к Есении и, улыбаясь, посмотрели на неё так, словно признали в ней свою. Оставшиеся полторы сотни приняли появление эфемерной женщины за спецэффект, подготовленный академией к торжеству.
Вдруг Еська почувствовала сильное жжение в области лба, а душевное напряжение спало.
— Вспомнила! — чуть ли не вскрикнула она. — Когда-то мы с ней общались. Она поцеловала меня в лоб, а это место потом начинало гореть, когда мне надо было что-то сделать.
Она не успела вспомнить, что ей надо было делать, так как ректор нашёл нужный листок и произнёс:
— Приготовьтесь повторять за мной.
Присяга читалась ректором и повторялась одновременно всеми студентами около двадцати минут. После этого студентки по очереди подходили к своему столу и ставили подпись под её текстом.
