Валерик же вошёл во вкус. Он продолжил изводить медицинский персонал. В ординаторской стоял графин, на дне которого осталось немного воды. Он был сделан из гладкого, прозрачного, серовато-голубоватого стекла. Валерик влез в него, заполнив собой полость до самого горлышка. Ближе к обеду женщина — врач захотела выпить воды. Она вытащила из стола свою кружку, а затем протянула руку к графину, стоящему на тумбочке рядом с её столом. Нащупав рукой, она перенесла его на свой стол. Подставила к нему поближе кружку и взялась за ручку графина. Когда её взгляд остановился на нём, врач резко отдёрнула руку и издала тихий испуганный звук, на который никто из коллег даже не обратил внимания. Её затрясло от ужаса.
Всю ёмкость графина занимало какое-то полупрозрачное серое существо, безобразно растянувшее губы по стеклу и ворочающееся всем телом, показывая, как ему там плохо и тесно.
Женщина закрыла глаза и начала себя успокаивать:
— Я — психиатр и точно знаю, что такого наяву не бывает.
Открыв глаза, она снова взглянула на графин. В нём никого не было.
— Слава Богу! — подумала она, встала из-за стола, вышла из кабинета и отправилась на улицу, подышать воздухом и отойти от переживаний.
Через десять минут она вернулась на рабочее место и решила поставить графин на место. Пить из него ей уже не хотелось. Она снова взглянула на него. Чудовище сидело внутри. Оно корчилось, изображая муки, упиралось ладонями в стекло, словно пыталось растянуть или разрушить графин изнутри.
Как хороший психиатр, женщина по-прежнему понимала, что этого существа не может быть в принципе. Поэтому она прошла в кабинет к Семёну Израилевичу и попросила отпустить её домой.
Какие-то проблемы появились? — спросил он.
— Устала я, видно, — объяснила Софья Павловна, — доработалась до чёртиков в графине. Заведующий понимающе посмотрел на неё.
— Конечно, идите, — произнёс он, вспомнив, что происходило с ним накануне.
Софья Павловна вернулась в ординаторскую и, не глядя на графин, взяла свою сумочку, попрощалась с коллегами и вышла.
На следующий день, после празднования дня рождения, Андрей Мелихов, друг Виталия Топчевода, напечатал на принтере несколько фотографий Евы. Усевшись на диван, он пристально всматривался в черты девушки.
— Симпатичная, — сделал он вывод, — но не настолько, чтобы сходить по ней с ума. Хотя, кто знает, какая она в жизни? Фотография не всегда передаёт красоту человека.
Он отложил в сторону фотографии, взял в руку пульт телевизора и нажал кнопку. На канале заканчивались новости.
— Подробнее о новостях вы можете узнать на нашем сайте, указанном внизу экрана, — произнёс диктор.
— Так-так-так, — зачастил Андрей, запоминая его. — Как я раньше не догадался залезть на их сайт?
Он включил компьютер и отыскал его. Пошарив по его страницам, нашёл вверху слово «контакты», навёл на него курсор и щёлкнул мышкой. Открылась страничка с множеством электронных адресов, на которые можно было отправлять сообщения в зависимости от тематики. Он пробежал глазами страничку сверху вниз.
— Ага, — обрадовался он, — вот она.
Андрей остановил курсор на названии «Коротко о необычном». Рядом с названием был указан адрес электронной почты.
— Ну, что, Виталик, скажи, спасибо, что у тебя такой сообразительный и внимательный друг имеется! — произнёс он. — Начнём разыскивать твою Еву?
Войдя в свой почтовый ящик, он решил написать письмо.
— Здравствуйте, — начал он и остановился. — А что дальше? Стоит ли представляться полным именем Виталия, или это опять выльется в какой-нибудь «сенсационный материал»?
Он сидел какое-то время в задумчивости, а потом встал и набрал номер мобильного телефона друга.
— Привет, Виталик, — произнёс он. — Я тут решил написать на электронный адрес телеканала письмо от твоего имени.
— Зачем?
— Ты же хочешь найти Еву?
— Хочу.
— Вот я и пытаюсь помочь тебе в этом. Не возражаешь, если я укажу в письме твоё имя?
— А не навредит это мне?
— Был бы уверен, что не навредит, не обращался бы к тебе за разрешением. Так что принимай решение сам.
— Указывай, — согласился Виталий. — О чём писать-то будешь?
— Думаю, что стоит написать правду. Всё то, что ты вчера нам рассказал, то и напишу.
— Андрюха, мы с тобой оба врачи. Да?
— Ну, — ответил Андрей.
— Что бы ты подумал о человеке, который рассказал бы тебе такую историю, которая произошла у нас с Евой?
— Виталя, ты забыл, что уже рассказал мне эту историю, и не только мне.
— И что вы обо мне подумали?
— Честно?
— Разумеется.
— Было кое-какое сомнение в твоей вменяемости. Но ты знаешь, оно постепенно улетучилось. А сейчас мне даже самому интересно во всём разобраться. Так что, пишу правду?
— Валяй, — согласился Виталий. — Только прошу тебя, укажи в письме лишь имя, фамилию не надо. Номер мобильного телефона тоже напиши. Хорошо?
— Добро.
