Весь год мы выполняли поручения Ордена, в том числе за границей, поэтому новостей о том, что происходит в Хогвартсе до нас почти не доходило. Лишь Алисия, изредка получавшая письма от двоюродной сестры, учившейся на третьем курсе, могла сообщать нам отрывочные сведения. Неудивительно, что весть о смерти Дамблдора мы получили только из уст Фреда и Джорджа. Также, как все, мы присутствовали на похоронах великого волшебника, также как все, проклинали его убийцу, также как все, не хотели верить, что директор был обманут мерзавцем без чести и совести, который втерся к нему в доверие, а потом нанес предательский удар из-за угла. У могилы нашего учителя и наставника, мы поклялись, что будем бороться по мере наших сил, даже если Темный Лорд и его последователи захватят власть в стране, что произошло очень скоро.
Словно бы только что я еще танцевал на свадьбе Билла - старшего брата Фреда и Джорджа, с красавицей Флер Делакур, как уже мы оказались в положении скрывающихся мятежников. Переворот произвели быстро и четко: министр был убит, на его место посадили марионетку Темного Лорда, маглорожденных начали преследовать, Гарри обвинили вне закона, а директором Хогвартса поставили Северуса Снейпа - вероломного убийцу и изменника. Два места профессоров получили Пожиратели Смерти по фамилии Кэрроу. Несчастные люди были скованы страхом за себя и своих детей, оказавшихся под властью садистов, способных на любую жестокость. Вот в то время я и придумал «Поттеровский дозор».
Мы выходили в эфир нерегулярно, ведь мне и близнецам приходилось прятаться и постоянно перемещаться. Пожиратели Смерти охотились за нами по всей Британии, но мы продолжали вести нашу передачу; придумали себе псевдонимы и пароли для каждого выпуска. Иногда мне удавалось приглашать тех членов Ордена, кто тоже продолжал сражаться за Гарри и Дамблдора: например, Кингсли или Люпина. Они сообщали слушателям о том, что происходит в волшебном мире, о жертвах этой ужасной войны, и иногда о происходившем в Хогвартсе, где хозяйничали Пожиратели Смерти. Но мы прекрасно знали, что там, в нашей любимой школе, ученики и учителя подвергаются репрессиям, что им каждый день грозит смерть, и все же, они не боятся ничего, лишь бы не отдавать Хогвартс в руки ненавистных врагов.
Как-то раз в конце января, я и Алисия тайком пробрались в Хогсмид, надеясь все же повидать ее маленькую кузину. Мы пробирались тихо, наложив на себя Дезиллюминационные чары, которые, правда, позволяли нам лишь слиться с окружающим фоном. Присмотревшись пристальнее, нас можно было заметить, однако мы надеялись, что в деревне в такой час и в такую погоду (вечер выдался ненастным, мела жуткая метель), будет немного народу. И вдруг мы увидели, что по главной улице прямо нам навстречу движется человек, закутанный в черную мантию. Стоило ему приблизиться, как мы тотчас же узнали в нем директора-узурпатора. Снейп нес несколько толстых книг и небольшой сверток, завернутый в черную ткань. Алисия кинулась вперед прежде, чем я успел ее остановить. Заклятие не попало в цель, только выбило из рук врага книги, которые разлетелись по земле и сверток. Реакция у этого человека была великолепная. Он ударил оглушающим заклятием именно туда, где стояла Алисия, я едва успел оттолкнуть ее в сторону. Не дожидаясь нового удара, я ринулся за ближайшее здание, лихорадочно соображая, что делать дальше, однако, к моему глубокому удивлению, Снейп не стал искать нападавших. Призвав заклинанием свои книги и сверток, в котором находились только тонкие белоснежные свечи, он аппарировал.
Выйдя из нашего укрытия, я вдруг заметил, что на снегу что-то лежит. Наклонившись, я увидел обрывок пергамента, вероятно выпавший из одной из книг Снейпа, когда они рассыпались. Алисия подошла ко мне и с любопытством взглянула на мою находку. Это оказался обрывок пожелтевшего от времени конверта, столь старого, что мы испугались, как бы он не рассыпался у нас в руках. Конверт, судя по всему, долго и очень бережно хранили между страницами книги. На конверте давно выцветшими чернилами было выведено имя Северуса Снейпа. Почерк - изящный, тонкий, явно женский, был мне совершенно незнаком. Чуть ниже я заметил часть адреса, написанную той же рукой. Пунктом назначения указывался Манчестер. Название улицы мы едва сумели разобрать. Оно было странное: «Паучий Тупик» или что-то вроде того...
Сказать честно, я удивился. Хранить много лет часть обыкновенного конверта? Зачем? Я осмотрел обрывок повнимательнее, и вдруг мне в глаза бросилось более темное пятно на пожелтевшем пергаменте, словно совсем недавно на обрывок конверта падали слезы. Мое изумление усилилось. Я не мог себе представить, чем же старый-престарый обрывок конверта, надписанный женским почерком, может быть дорог Пожирателю Смерти. Машинально сунув обрывок в карман своей куртки, я подал руку Алисии и мы покинули Хогсмид. После я не нашел уже времени рассказать кому-нибудь о конверте, да и не счел это сколько-нибудь важным. Если б я знал, что всего через три месяца получу объяснение этой загадки…
