— Ничего, — сказал Ричи.
Они залезли под крыльцо.
Обычно Ричи любил запах прелых листьев, но на сей раз в этом запахе не было ничего приятного. Листья были мягкие, как губка, и прилипали к рукам и коленям. Создавалось впечатление, что они могут ползти так несколько футов. Вдруг он подумал, что из этих листьев может высунуться лапа или коготь и схватить их.
Билл разглядывал разбитое стекло. Стекла были разбросаны повсюду. Верх оконной рамы был разбит
— Что-то случилось с этим гадом, — выдохнул Ричи. Билл, пытаясь заглянуть внутрь, кивнул.
Ричи толкнул его локтем, чтобы он тоже посмотрел. У фундамента было полно мусора и банок. Пол в подвале был земляной и влажный, как и листья. Слева возвышалась печка, а от нее к потолку отходила труба. Над ней, в конце подвала, Ричи увидел большое стойло с деревянными стенками. Он подумал, что это конюшня. Но разве лошадей держат в подвале? И дом, и стойло были очень старые, и отапливаться этот дом мог только углем, а не нефтью. А теперь он никому не нужен.
Билл сидел… подавшись вперед… и прежде чем Ричи смог понять, что происходит, ноги его приятеля исчезли в окне.
— Билл! Ради Бога! — прошептал он. — Что ты
Билл не отвечал. Он ускользал. Куртка сползала с его спины. В следующее мгновение Ричи услышал звук, похожий на стук теннисного мяча о земляной пол внутри.
«Сраные дела», — пробормотал Ричи про себя, глядя на темный квадрат, через который исчез его друг.
— Билл, ты что, с
Послышался голос Билла:
— Ты можешь тоже забраться сюда, если хочешь, Ричи. Посторожи.
Ричи на животе вполз через окно подвала, стараясь не порезать о разбитое стекло руки или живот.
Что-то ударило его по ногам. Ричи вскрикнул.
— Держись, — зашептал Билл.
Через мгновение Ричи стоял рядом с Биллом, стаскивая с себя рубашку и куртку.
— Как ты думаешь, кто это был?
— Бугимен, — сказал Ричи и засмеялся, поежившись.
— Ты иди сюда, а я..
— Твою мать, — сказал Ричи. Он слышал, как бьется его собственное сердце.
Сначала они пошли к куче угля, Билл шел немного впереди с пистолетом в руке, стараясь видеть все вокруг. Он постоял около угольной кучи, потом решился обойти ее, держа пистолет двумя руками. Ричи зажмурился в ожидании выстрела. Но выстрела не было. Он осторожно открыл глаза.
— Ничего, кроме угля, — сказал Билл и нервно хохотнул.
Ричи подошел к нему. Уголь был навален до самого потолка. Он был черен как вороново крыло.
— Давай, — начал Ричи.
Они налегли на подвальную дверь. Дверь открылась, и дневной свет полился на лестницу.
Мальчики вскрикнули.
Ричи услышал какой-то ворчащий звук. Что-то громко ворчало, издавало звуки, как дикий зверь в клетке. Бродяги шли по лестнице. На них были выцветшие джинсы, руки болтались.
Но это были не руки… Это были лапы. Огромные, бесформенные лапы.
Лапы были покрыты густой бурой шерстью, которая закручивалась как проволока, пальцы заканчивались острыми когтями. Вдруг Ричи увидел шелковую куртку. Черную с оранжевой отделкой — куртку Дерриевского колледжа.
— Пошли! — закричал Билл и сильно толкнул Ричи.
Ричи подбежал к куче угля, они полезли на нее. Острые куски больно кололись. Уголь прилипал к рукам. А они лезли и лезли.
Ричи запаниковал.
Он плохо соображал, что делает, но продолжал лезть на кучу угля, соскальзывая, падая и вскакивая. Окно на вершине угольной кучи зияло чернотой, там не было ни единого проблеска света. Оказалось, что оно закрыто черной крышкой и заперто на щеколду. Ричи ухватился за щеколду и изо всех сил стал тянуть ее, пытаясь открыть, но она и не думала отодвигаться. Рычание приближалось.
Раздался выстрел, рычание в запертой комнате утихло. Ричи почувствовал запах пороха. Ему вдруг пришло в голову, что он неправильно открыл щеколду. Он потянул ее в другую сторону, и ржавая щеколда заскрипела. На руки ему посыпалась, как перец, ржавчина.
Раздался второй выстрел. Билл Денбро закричал:
— ТЫ УБИЛ МОЕГО БРАТА, ТЫ, ПОДОНОК!
На какое-то мгновение существо, шедшее по лестнице, засмеялось, и что-то вроде бы проговорило — звуки этой речи были похожи на лай мерзкой собаки. Ричи вспомнил о куртке из колледжа. Существо пролаяло:
Ричи слышал, как сыпался уголь под его руками и ногами. Рычание и шипение продолжались. В этом кошмарном мраке и холоде раздавался лай и вой.
Ричи сильно толкнул окно, не думая о том, что он порежет руки и разобьет стекло. Ему было не до того. Но окно не разбилось. Оно раскрылось, повиснув на ржавых петлях. С него посыпалась угольная пыль, засыпав Ричи лицо. Он высунулся в окно, хватая свежий воздух. Как во сне, он заметил, что идет дождь. Огромные подсолнухи раскачивались у забора, зеленые и пушистые.