— Да, — сказал шофер. — Я думаю, он всегда был здесь. Сейчас Молл-роуд была по правую руку от Билла, и, проезжая мимо, он опять ощутил это двойственное чувство. Когда они были маленькими, это место представляло собой длинное поле, заросшее травой с гигантскими раскачивающимися подсолнухами, которые обрамляли северо-восточный край Барренса. К западу чуть вдали от этого поля находился Старый Мыс — там тянулись дома бедняков. Он помнил, как они разрабатывали это поле, стараясь не попасть в погреба чугунолитейного завода Кичнера, который был взорван на Пасху в 1906 году. Это поле было полно реликвий, и они выкапывали их со священным интересом археологов, исследовавших египетские пирамиды: кирпичи, черепки, куски железа с ржавыми болтами, осколками стаканов и бутылок с остатками чего-то такого, что невозможно передать словами, которые издавали запах, сбивающий с ног. Что-то ужасное случилось неподалеку от этого места, около свалки, но он не мог сейчас вспомнить, что именно. Он только помнил имя Патрик Хамболд, что-то связанное с холодильниками. И что-то связанное с птицей, которая преследовала Майка Хэнлона. Что же?..
Он тряхнул головой. Какие-то фрагменты. Какие-то намеки. И все.
Поле тоже исчезло, так же, как и остатки чугунного завода. Билл помнил огромную трубу этого завода. Покрытая черепицей, черная от сажи на последних десяти футах, она лежала в высокой траве, как гигантская курительная трубка. Они забирались на нее и ходили туда-сюда, как канатоходцы, смеясь.
Он опять тряхнул головой, как бы пытаясь избавиться от миража, от этого мола с уродливой коллекцией зданий с надписями и рекламами. Дороги вились от автостоянок в разные стороны. Но мол не исчезал, потому что это был не мираж. Чугунный завод Кичнера исчез, как исчезло и поле, образовавшееся на руинах этого завода. Мол был реальностью, а не воспоминанием. Но почему-то он не верил этому.
— Вот мы и приехали, мистер, — сказал шофер. Он подъехал к стоянке около здания, которое выглядело, как пагода. — Мы немного опоздали, но лучше поздно, чем никогда.
— Вы правы, — сказал Билл. Он дал шоферу пять долларов. — Сдачи не надо.
— Отлично, елки-палки! — воскликнул таксист. — Если вам опять понадобится такси, звоните в нашу контору и спросите Дэйва. Просто назовите мое имя, — Я просто попрошу религиозного парня, — сказал Билл, улыбаясь.
— Всего хорошего, приятель! — сказал Дэйв, смеясь.
— И тебе того же, Дэйв.
Он постоял под легким дождичком, пока такси не скрылось из виду. Он вспомнил, что хотел спросить шофера еще об одном и забыл — возможно нарочно. Он хотел спросить Дэйва,
Эти чувства были написаны на его лице, потому что Майк сказал спокойно:
— Я знаю, как я выгляжу. Билл зарделся и сказал:
— Дело не в том, что ты плохо выглядишь, просто я запомнил тебя мальчишкой, вот и все.
— Правда?
— Ты выглядишь немного устало.
— Я и впрямь немного устал, — сказал Майк. Он улыбнулся, и улыбка осветила его лицо. И тогда Билл увидел того мальчишку, которого он знал 27 лет тому назад. Точно так, как старая деревянная больница была залита стеклом и бетоном, так же и мальчишка, которого знал Билл, был облечен в неизбежные аксессуары взрослости. Морщины на лбу, в углах рта, седые волосы на висках. Но, как и старая больница, которая все еще находилась здесь, так и Майк был перед ним — вот он, тот мальчик, которого знал Билл. Майк поднял голову и сказал:
— Добро пожаловать в Дерри, Большой Билл!
Билл не посмотрел на протянутую для пожатия руку, он обнял Майка. Майк в ответ крепко сжал его, и Билл почувствовал его волосы, жесткие и курчавые, на своем плече и увидел часть шеи.
— Что бы ни случилось, Майк, мы всегда вместе, — сказал Билл. Он услышал в своем хриплом голосе подступающие слезы, но не стал обращать на это внимания. — Мы уже победили однажды, и снова пппобедим.
Майк отстранился от него на расстояние вытянутой руки, и, хотя он тоже улыбался, в глазах были слезы. Он вытащил платок и вытер глаза.
— Будь уверен, Билл, — сказал он.
— Джентльмены, не желаете ли пройти со мной? — спросила хозяйка. Это была улыбающаяся восточная женщина в изящном кимоно розового цвета, разрисованном драконами с огромными хвостами. Темные волосы ее были плотно собраны на затылке, гладко зачесаны и поддерживались красивым гребнем из слоновой кости.
— Я знаю дорогу. Роза, — сказал Майк.
— Очень хорошо, мистер Хэнлон. — Она улыбнулась и тому и другому.
— Я полагаю, вы хотите уединиться?
