— Так какая у тебя идея, Майк? — спросил Билл. Напряжение разрядила Роуз, встречавшая их в вестибюле ресторана. Она принесла вазочку с печеньем счастья.[211] С любопытством посмотрела на шестерых людей, каждый из которых сидел с поднятой рукой. Руки они торопливо опустили, но никто не произнес ни слова, пока за Роуз не закрылась дверь.
— Идея достаточно простая, — ответил Майк, — но, возможно, и опасная.
— Выкладывай, — предложил Ричи.
— Думаю, остаток дня мы должны провести порознь. Каждому из нас следует пойти в ту часть Дерри, которую он или она помнит лучше всего… только не в Пустошь. Не думаю, что кому-то из нас стоит идти туда… пока. Если хотите, представьте это себе как пешие экскурсии.
— Какова цель, Майк? — спросил Бен.
— Точно не знаю. Вы должны понимать, что основываюсь я исключительно на интуиции…
— В этом ритме что-то есть — не позволит нам присесть, — откликнулся Ричи.
Остальные улыбнулись. Все, кроме Майка, — тот лишь кивнул.
— Можно сказать и так. Руководствоваться интуицией — все равно что подобрать ритм и танцевать под него. Взрослым пользоваться интуицией трудно, и это главная причина, убеждающая меня, что именно так мы и должны поступить. В конце концов, дети в своем поведении на восемьдесят процентов основываются на интуиции, во всяком случае, где-то до четырнадцати лет.
— Ты говоришь о том, чтобы вновь врубиться в ситуацию, — уточнил Эдди.
— Пожалуй. Моя идея в этом. Если у вас нет какого-то особого места, просто доверьтесь ногам и посмотрите, куда они вас приведут. Потом мы встретимся вечером в библиотеке и поговорим о том, что случилось.
— Если что-то случится, — пожал плечами Бен.
— Я думаю, что случится.
— Что именно? — спросил Билл.
Майк покачал головой:
— Понятия не имею. Но думаю, если что и случится, то неприятное. Думаю, вполне возможно, что один из нас не появится вечером в библиотеке. Нет причин так думать… если не считать интуиции.
Ответом стала долгая пауза.
— Почему поодиночке? — наконец спросила Беверли. — Если мы должны сделать это вместе, почему ты хочешь, чтобы мы ушли отсюда по одному, Майк? Особенно, если риск, судя по твоим предположениям, так велик?
— Думаю, я могу ответить на этот вопрос, — подал голос Билл.
— Говори, Билл, — кивнул Майк.
— Каждый из нас столкнулся с этим сам по себе. — Билл смотрел на Беверли. — Я не помню все — пока не помню, но помню многое. Фотографию в комнате Джорджи, которая пришла в движение. Мумию Бена. Прокаженного, которого Эдди увидел под крыльцом на Нейболт-стрит. Майк обнаружил кровь на траве около Канала в Бэсси-парк. И птица… была какая-то птица, верно, Майк?
Майк мрачно кивнул.
— Большая птица.
— Но не такая дружелюбная, как с улицы Сезам?
Ричи нервно хохотнул.
— Ответ Дерри на «Джеймс Браун[212] выдает классный прикол»! Дети мои, мы благословлены или мы прокляты?
— Бип-бип, Ричи, — осадил его Майк, и Ричи затих.
— Для тебя это был голос из канализационной трубы и кровь, выплеснувшаяся из сливного отверстия, — повернулся Билл к Беверли. — А для Ричи… — Он замолчал в недоумении.
— Вероятно, я — исключение, подтверждающее правило, Большой Билл, — заполнил паузу Ричи. — В то лето я столкнулся с чем-то странным, странным по-крупному, в комнате Джорджа, вместе с тобой. Мы тогда пришли в твой дом и заглянули в его альбом с фотографиями. И фотография Центральной улицы у Канала вдруг ожила. Ты помнишь?
— Да, — кивнул Билл. — Но ты уверен, что раньше ничего не было, Ричи? Совсем ничего?
— Я… — Что-то мелькнуло в глазах Ричи. Он продолжил медленно. — Как-то раз Генри и его дружки погнались за мной… незадолго до окончания учебного года, и я оторвался от них в отделе игрушек Универмага Фриза. Я пошел к Городскому центру, посидел на лавочке в парке и подумал, что увидел… но возможно, мне это только померещилось.
— Что именно? — спросила Беверли.
— Ничего, — ответил Ричи почти что грубо. — Померещилось. Действительно. — Он посмотрел на Майка. — Я не возражаю против прогулки. Позволит убить время. Свидание с родными местами.
— Так мы договорились? — спросил Билл.
Все кивнули.
— А потом встретимся в библиотеке в… в котором часу, Майк?
— В семь вечера. Нажмите на кнопку звонка, если опоздаете. До начала летних каникул по будням библиотека закрывается в семь часов.
— В семь так в семь. — Билл вновь обвел всех взглядом. — И будьте осторожны. Постоянно помните: никто из нас на самом деле не знает, что мы де-е-елаем. Считайте, что это разведка. Если что-то увидите, в бой не вступайте. Бегите.
— «Я влюбленный — не задира», — прокомментировал Ричи мечтательным Голосом Майкла Джексона.
— Что ж, если уж мы собираемся это сделать, то пора начинать. — Легкая улыбка приподняла левый уголок рта Бена. Скорее горькая, чем веселая. — Хотя будь я проклят, если скажу в эту самую минуту, куда собираюсь пойти, раз уж Пустошь под запретом. Там мне было лучше всего… там — и с вами. — Взгляд его переместился к Беверли, задержался на мгновение и сдвинулся. — Я не могу назвать другого места, которое так много значит для меня. Вероятно, я просто поброжу пару часов, посмотрю на здания и промочу ноги.
