— Поднимайся наверх, если больше не можешь, Ричи. Угорать незачем. Еще помрешь.
Он протянул к Майку руку, помахал ею,
показывая, что не выходит из игры. Мало-помалу Ричи начал справляться с кашлем. Майк был прав: что-то должно случиться, и скоро. Ричи хотел увидеть это.
Он откинулся назад, вновь оглядел дымовую яму. После приступа кашля он вдруг ощутил невероятную легкость, и теперь казалось, что он плавает на воздушной подушке. Ощущения эти ему нравились. Вдыхая часто и неглубоко, он думал:
Мысль уплыла. Значения это не имело. Он понял, что ему больше нет необходимости по чуть-чуть втягивать воздух. Его легкие приспособились. Он мог вдыхать столько дыма, сколько хотел. Может, он прибыл с Венеры.
Майк добавил в костер веточек. Чтобы не отставать от него, Ричи поступил так же.
— Как сам, Рич? — спросил Майк.
Ричи улыбнулся:
— Лучше. Хорошо, почти. А ты?
Майк кивнул и улыбнулся в ответ:
— Все хорошо. В голову приходят странные мысли?
— Да. Минуту назад я считал себя Шерлоком Холмсом. Потом подумал, что могу танцевать, как парни из «Доувеллс». Глаза у тебя такие красные, что ты не поверишь.
— У тебя тоже. Пара куниц в клетке, вот кто мы.
— Да?
— Да.
— Хочешь сказать, все путем?
— Все путем. Хочешь сказать, ты нашел нужное слово?
— Я нашел, Майки.
— Да, хорошо.
Они улыбнулись друг другу, потом Ричи откинул голову назад, привалившись затылком к стене, и посмотрел вверх, на дымовое отверстие. А вскоре начал уплывать куда-то в сторону. Нет… не в сторону. Вверх. Он уплывал вверх. Как
воздушный шарик.
— К-к-как в-в-в-вы т-т-там, па-арни. В по-о-орядке?
Голос Билла, спускающийся сквозь дымовое отверстие. Долетающий с Венеры. Обеспокоенный. Глубоко внутри Ричи почувствовал, как вновь плюхнулся на прежнее место.
— В порядке, — услышал он свой голос, далекий и раздраженный. — В порядке, мы говорим, все в порядке, отвали, Билл, дай нам узнать слово, мы говорим, мы нашли нужное
слово.
Клубный дом еще прибавил в размерах, его выстилал пол из полированного дерева. Дым сгустился до тумана, сквозь него костер проглядывался с трудом. Этот зал! Господи помилуй! Огромный, как какой-нибудь бальный зал в одном из музыкальных фильмов МГМ.[283] Майк смотрел на него от дальней стены, силуэт, едва различимый сквозь туман.
Ричи протянул руку и, хотя Майк находился у дальней стены этого огромного зала, ощутил, как сильные коричневые пальцы сомкнулись на его запястье. И ему сразу стало хорошо, каким хорошим было это прикосновение — хорошо найти стремление в поддержке, поддержку в стремлении, найти твердое в дыму и дым в твердом…
Он запрокинул голову и посмотрел на дымовое отверстие, такое белое и маленькое. Теперь оно было гораздо выше, на высоте многих миль. Венерианский световой фонарь.
Процесс пошел. Он воспарил. «Поехали», — подумал Ричи и начал подниматься все быстрее сквозь дым, туман, смог, как ни назови.
Клубный дом они покинули.
Вдвоем стояли бок о бок посреди Пустоши, и уже начало смеркаться.
Он знал, что это Пустошь, но вокруг все было другим. Листва гуще, пышнее, с более резкими запахами. Таких растений он никогда не видел, а приглядевшись, Ричи понял, что за некоторые деревья он принял гигантские папоротники. До него доносился шум Кендускига, шум бегущей воды, куда более громкий, чем прежде. От ленивого скольжения по руслу не осталось и следа — вода ревела, как в реке Колорадо, вырывающейся из Гранд-Каньона.
