На поверхности помимо света было очень много всего. Воздух, трава, деревья, камни, вода, насекомые. Естественно, названия всему этому изобилию с человеческой точки зрения Оно не знало. Зато прекрасно осознавало, что данная биосфера подразумевает жизнь. Много жизни. Запахи энергии, то бишь эмоций, которые окружали его, были просто неописуемы. От одних хотелось вывернуться наизнанку, настолько они были отвратными. Другие же, наоборот, дарили блаженство и экстаз. Древнее зло не спешило отходить далеко от своего укрытия. Оно ещё не знало, что именно ожидает его в этом месте. Нужно было привыкнуть к свету, запахам, новым ощущениям. Но проблема была в том, что нынешняя форма совсем не годилась для этого. То, что сияло ярче солнца и одновременно было тусклым, подобно лунному затмению, никак не вписывалось в эту обстановку. Казалось, Оно было лишним элементом в этом природном цикле. Нужно было стать чем-то другим. Чем-то более подходящим под весь этот коллапс.
Непонятные звуки позади раздались так же внезапно, как и смолкли. Оно лишь успело уловить запах чего-то непонятно приятного. Вкусного. Неподалёку от места его вылазки находилась тропа. И по этой самой тропе двигалось что-то, что Оно не знало, как описать. Человек, девушка — термины, о которых Оно не слышало, да и откуда. Пока барышня продвигалась всё ближе, древнее зло поражалось уродству этого существа. Внешний вид был крайне непропорционален, да и материя была для него в новинку. Лишь запах, который она источала, был прекрасен настолько, что Оно едва не засияло ещё ярче прежнего.
Девушка же была обычной жительницей ближайшей деревни, рядом с которой древнему злу посчастливилось приземлиться. Она шла обратно домой, оскорбленная и униженная никем иным, как собственным мужем. Супруг, надругавшийся над ней при всех, отправил в лес, наказав до вечера не возвращаться, дабы та поняла свою ошибку. А всё, в чем была виновата эта юная особа — неповиновение мужу, когда тот сказал принести ему ещё выпить. Что поделать, другие времена. Другие нравы. Но откуда Оно было об этом знать. Зло лишь чувствовало, как от девушки исходит приятный запах, который являлся её страхом. Страхом возвращаться в деревню. Для него это стало чем-то, ради чего можно было акцентировать внимание на этом существе, называющим себя человеком. Оно решило для себя, что если уж и оказалось здесь, то нужно как-то подстроиться под обстановку. И кто мог подойти лучше, чем юная особа, гуляющая одна по лесу?
