Клоун тащил за собой тело маленького Джорджи, которому откусил руку. Сама конечность торчала у него из пасти, капая кровью на грязный пол катакомб. Каждый крик будоражил монстра, дарил ему мгновения наслаждения, в которых он был готов купаться целую вечность. Но Пеннивайз знал, что у еды есть срок годности, и если жизнь мальчика оборвётся раньше, чем он успеет напитаться его страхом, весь труд будет насмарку. Сам Денбро-младший захлёбывался слезами, цепляясь ногтями здоровой руки за бетонную поверхность.
Монстр был доволен такой реакцией, ведь большинство детей, даже при наличии всех конечностей мочатся, блюют или того хуже. Такая реакция никогда не нравилась ему, да и есть при таком раскладе было сложнее. А Джорджи нравился ему своей выносливостью в столь раннем возрасте.
— Ахазазазаха! Тебе папа разве не говорил, что нельзя брать вещи у незнакомых людей?! — хохотал Пеннивайз, волоча мальчика всё глубже.
— Билли! Мама! Мамочка! Папа! — истошно кричал малыш, но монстр был непоколебим. Ему нравилось, как отчаянно детский голосок зовёт на помощь, черпая из глубины души беспочвенную надежду на спасение. Банально, учитывая, что практически все выкрикивают имена членов своей семьи, зовя их на помощь.
Притащив его к главному узлу, клоун бросил Денбро-младшего в кучу какого-то хлама и на его глазах начал пожирать откушенную конечность. Монстр тщательно пережёвывал каждый пальчик, хрустя маленькими косточками, заставляя Джорджи затыкать ухо единственной рукой, плача и отрицательно мотая головой. Желтый дождевик слетел с него при падении и валялся неподалёку, рваный и бесхозный. А Пеннивайз всё смеялся и ел. Смеялся и ел.... а когда от руки остались лишь останки костей, жёлтые глаза повернулись к малышу.
— Почему ты плачешь, Джорджи? Я же вернул тебе твой кораблик, — наигранно мягко спрашивал монстр.
— Не надо... Мистер Грей... — простонал тот, роняя горячие слёзы.
— О нет, нет. Ты, верно, ошибаешься, — погрозил указательным пальцем клоун, приближаясь к нему, изгибаясь и корча жуткие гримасы. — Я Пеннивайз! Милый, танцующий клоун! Ты же чувствуешь запах цирка, Джорджи? Чувствуешь...
