— Друзья, сегодня мы собрались здесь, чтобы почтить память брата нашего меньшего. Мы никогда не забудем эти пять месяцев, что он провёл с нами. От маленького черепашенка до личности, которую мы никогда не забудем. Прошу всех тех, кто хочет проститься с покойным, подойти ближе. – Стенли закончил речь.
Все неудачники окружили небольшую коробку, стоящую посередине двора Билла, который в это время находился в семейной поездке. На всех были надеты чёрные пиджаки и рубашки. Единственный, кто выделялся из общей массы был Урис, который нацепил традиционный еврейский похоронный наряд, в котором он пару лет назад вместе с отцом хоронил бабушку. Дети склонились над коробкой, в которой под белым платком лежало тело небольшой черепашки. На секунду у Эдди даже начался рвотный позыв, но из уважения к усопшему, мальчик смог его перебороть. Грустнее всего было конечно Ричи. Пускай прошло всего пять месяцев, но он успел привязаться к этому существу. Подошедший Майк похлопал его по плечу, давая понять, что очкарик не один. Казалось бы, смерть обычной черепахи, а сколько трагедии.
— Кто-то из присутствующих хочет что-то сказать? – вновь подал голос Стенли после небольшой паузы.
— Давайте я начну. – Беверли вышла вперёд, опустив руки и скрестив пальцы. Чёрное платье, коем являлась чёрная футболка Пеннивайза, свободно висела на худом теле девочки, то и дело развиваясь на ветру. Ничего другого она найти не смогла, так как с темными вещами в гардеробе у неё был дефицит. — Мы все помним Матурина с того самого момента, когда думали, что Пеннивайз съел Морти. В ту самую минуту, когда мы зашли в зоомагазин я посмотрела в его аквариум и подумала «вот эта та самая черепашка».
— Пускай ты и был мне иногда противен, – продолжил Эдди, поправляя чёрное поло. — Я всё равно любил держать тебя на руках. Пусть ты земноводное с очень острым клювом, который может легко раскусить мой палец, словно огурец.
— Я прощаю тебя за то, что откусил страницу из моей библиотечной книжки. Пусть даже я и не вернул её обратно. – печально вздохнул Бен.
— Ребят, думаете мы не перебарщиваем? – шепотом спросил Майк, стараясь держать голову опущенной.
Дети переглянулись и пожали плечами. Делать ведь всё равно нечего.
— Что же, если все простились, пора приступать к погребению. – сказал Урис, подняв голову и делая голос таким серьёзным, на сколько это возможно. — Ну, кто будет копать могилу? ***
