— Не дождетесь, — смешливый голосок от конфедералов отзывается. — Что-то не чувствуется радости, девяностый! Мы вот давно уже об этой встрече мечтали. А ты что-то не рад. Может, ошейник жмет?
И гогочет. Остальные конфедералы тоже в долгу не остаются. Эфир мигом ржанием и подколками наполнился. Засиделись они на границе с Империей. Давно в бой рвались, да свои же начальники им по рукам били — пока воевали с дикими роботами, ссориться с Империей нельзя было. Зато теперь добро дали…
— Господа Линские! — ведущий конфедералов нам радирует. — Милости просим за нашу широкую спинку. Но далеко не уходите, сюда тащатся еще две группы имперцев.
— Вы отказываетесь совершить посадку? — с имперской стороны мрачно интересуются. — Вы будете уничтожены…
Но что-то особой уверенности в голосе нет. Хотя численный перевес на стороне имперцев. «Скаты», правда, разных марок — но разницы между девяностым и сто первым скатом в ближнем бою, да еще в плотной атмосфере, почти никакой.
— Ну тка! — конфедералы ржут весело. — А то как же!
Прошмыгиваем мы мимо колонны конфедералов, и они тут же скорость на ноль — и в боевой порядок рассыпаются. Имперцы тоже останавливаются и перестраиваются.
— Господа Линские! — ведущий конфедералов зовет. — Подождите полминуты. А потом мы вас с почестями эскортируем в Конфедерацию.
Имперцы с этим дружно не согласились, конечно. Да еще в каких выражениях! Даже я не все понял.
Но тут же и заткнулись — конфедералы на пяти звуках в атаку рванули.
У имперцев тридцать машин, у конфедералов только две дюжины. Но атакуют смело и дерзко. Нагло атакуют.
И тут же стало понятно, почему. Серьезные проблемы у имперцев с выучкой. Они же с дикими роботами в основном с помощью ошейников воевали — высаживаешь человека как жертвенного ягненка, а когда роботы к нему сбегутся, сверху ядреной бомбой. А вот конфедералы воевали честно.
Только двадцать секунд конфедералам и потребовалось, чтобы убедить имперцев, что полминуты — вполне достаточный срок.
Порядки имперцев уже черт знает во что сбились — а они еще не все это сообразили! Только одиннадцать экипажей. Эти вовремя прочь рванули. Остальных имперцев конфедералы в сферу заперли — и форменное избиение младенцев начинают. За пару секунд от девятнадцати имперских флаеров только облачка плазмы и остались.
Но и те одиннадцать, что решили бежать, — они тоже не столько сообразительные, сколько трусливые. И прочь от конфедералов поодиночке рванулись. А вот конфедералы за ними рванулись грамотно — разбившись на пары.
Два флаера — не колонна, но хоть какая-то возможность для слипстрима. И в коробочку можно взять атакуемого, опять же…
Ни один из одиннадцати беглецов не ушел. Девять экипажей от страха выжали закритичный режим — и их флаеры просто лопнули. На такой скорости любая дырочка-щелочка в плавящемся корпусе — и флаер как мыльный пузырь лопается.
Оставшиеся два приняли бой. То есть попытались… Через две минуты последнее облачко плазмы развеялось.
К месту боя по тревоге еще две группы имперцев спешили. Но на свои гравидетекторы глянули — и плавненько развернулись. Даже до границы сопровождать нас не стали. От греха подальше вообще к своим базам ушли.
Конфедералы, конечно, давай их самоотверженные маневры от души комментировать. А Линский на их зубоскальства только головой качает:
— Совсем же юнцы желторотые…
Но мне его грустинки глубоко по фигу. Я к нему уже привыкать начал. И то, что у него на любую цистерну меда обязательно ложка дегтя найдется — ну, что… У всех есть свои недостатки.
Зато Анна расцвела. Все-таки спаслись мы! Второй раз из Империи сбежали!
И третьего раза не будет. Больше я в эту Москву не сунусь. А со Стокером и с торговцами и на их базе возле Хоккайдо можно встретиться.
А вот что меня действительно смущает — Дымок опять загрустил. После стресса у него это, что ли? Ладно, бывает… Не каждый день твоя жизнь на волоске висит, да еще по два раза за один час.
Хотел я его развеселить — но тут сам загрустил.
Те ребята, что погоню перебили, только до границ Империи нас сопровождали. А на границе нас уже другая группа конфедералов ждет.
— Удачи, господа Линские! — командир первой группы нам радостно радирует. — Эй, архаровцы! Груз сдал — груз принял?
— Отставить шуточки, — ледяной голос отвечает.
Что-то у второй группы вовсе не веселое настроение…
А потом понял. Те ребята, что рейд на территорию Империи делали — это обычные военные. А вот теперь они нас с рук на руки особистам передают…
И что-то особого уважения к нам у этих особистов нет. Берут нас в сферу — и таким жестким конвоем ведут на двух звуках в столицу Конфедерации. Словно мы пленные!
— Дымочек, — говорю, — ты что-нибудь понимаешь?
Но братишка опять со своим компом возится.
— Видите ли, Серж… — Линский отзывается. — А чего вы, собственно, ожидали?
— Не понял… — от души говорю, даже головой матаю.
