Уже началась третья неделя, как я занималась бальными танцами, изучала этикет и ее премудрости, также заучивала наизусть альбом, где были собрана вся аристократия не только столицы, но и всей империи. Заодно запоминала их лица, которые, казалось, все смешались в одну кучу. Разбуди меня среди ночи и спроси про кого-нибудь, то я даже сквозь сон рассказала бы про этого человека все: от сколько у него детей и внуков до сколько раз он посещал свою любовницу на прошлой неделе. Только я не понимала, какой толк от этого. Но тетушку Бетти, как все называли женщину, нельзя было переубедить. Она каждый вечер заезжала ко мне и проверяла, чему я научилась за день.
– Нужно, дорогая. Мы не знаем, с чем тебе придется столкнуться во дворце, – подбадривала она меня. – Знаешь ли, добрая половина аристократии готова будет тебя сожрать, стоит тебе сделать всего лишь шаг в бальную залу. А когда услышит твое имя, то вся женская его часть, даже замужние дамы, обратят всю свою злость на тебя. И если бы не заглушающий магию артефакт, то в этот вечер с тобой обязательно случались бы разные оказии, как пролитый на платье напиток или порванный подол платье. Женщины коварны и в достижении своего плана готовы на многое и даже больше.
– А как же запрещающий артефакты закон? – поинтересовалась я, вспоминая лицо герцога, когда он говорил про артефакты в моем доме.
– В политику я не лезу, – больше ничего другого я не могла добиться от тетушки Бетти.
Помирившись с герцогиней, мы тут же направились к графине Валлен. Беатрис внимательно выслушала нас и, как и говорил Ллойд, тут же взялась за меня. Правда, мы скрыли от нее, что я все же законная жена герцога Айленского. Бабушка представила меня тетушке Бетти как уже оговоренную невесту, которую нужно было подготовить к балу в честь дня рождения императора, да так, чтобы и сам герцог потерял от меня голову. С первым я была согласна, а вот внимание герцога было бы лишним. Мне хотелось добиться своей цели и потом уехать в свое имение, чтобы на этом забыть про существование столицы.
С помощью графини Валлен мне сняли дом, чтобы я ни в коем случае не проживала не только в столичном особняке герцога, но и в любом другом его доме. Все делалось через третьих лиц. Несмотря на простоту, у младшей сестры пожилой герцогини тоже было немало секретов. Для меня в тот же день были наняты учителя по танцам, по этикету, по дворцовому этикету, учитель по вееру (и такой был!), по истории и политике, как и няньку для меня. Точнее, компаньонку, которая должна была быть всегда со мной рядом и не отставать от меня ни на шаг. Также личные слуги и вся остальная необходимая прислуга. На второй день знакомства с ней, она потащила меня по всем всевозможным салонам столицы. Были закуплены платья, обувь и остальная прилегающая одежда, драгоценности, куча средств по уходу и для создания красоты. И все счета тут же отправлялись в столичный особняк герцога. Я бы все отдала, чтобы увидеть его лицо в те моменты, когда он будет раскрывать конверты и видеть цифры на чеках.
Бабушка, сдав меня в руки свое сестры, до самого бала в честь дня рождения императора отбыла обратно в имение, обещав мне быть в столице в знаменательный день. Петер последовал за ней, что было совсем неудивительно, на прощание вручив мне артефакт для изменения внешности. Графиня Валлен навещала меня только по вечерам, пила свой незаменимый ничем чай в моем обществе, устраивала мне проверку и уезжала. И я снова оставалась наедине со своей компаньонкой с постным лицом и с учителями, которые рано с утра уже стояли на пороге моего временного жилища. Я молилась и Создателю этого мира, и своим земным богам, чтобы все это поскорее закончилось.
Только вот явление тетушки Бетти рано утром, а не как обычно вечером на чашечку чая, говорило о том, что еще ничего и не началось.
– Дорогая, собирайся! – прокричала она на весь дом, что было для нее совсем не характерно.
Неугомонная женщина всегда показывала свою безупречность. Но, видимо, не сегодня. Я завтракала под неустанными взглядами учителя по этикету и компаньонки, когда женщина не вплыла, а чуть ли не вбежала в малую столовую. Вся запыхавшаяся и растрепанная. Такой я ее видела впервые и от ожидания неутешительных новостей для меня вскочила на ноги с чашкой же чая в руках.
– Собирайся, наш император хочет познакомиться с тобой лично! – слова графини Валлен перекрыл звук разбившейся чашки, что выпала из моих рук. – Сегодня же! – припечатала она в конце, упав на стул и замахав веером, словно мчалась сюда во весь опор, чтобы сообщить мне новость.
– Но я не просила этой встречи! – наклоняясь за разбитой чашкой, в пылу эмоций выпалила я.
Нет, я хотела встретиться с императором и задать тому прямой вопрос насчет нашего брака с герцогом, но… Как-нибудь потом, не сейчас, на балу, например. Сейчас без какой-либо подготовки, без готовых вопросов я просто опозорюсь. Да у меня и соответствующего платья не было для визита во дворец. Не в бальном же платье мне помчатся туда.
