«Толерантность» является сегодня очень модным в России лозунгом и считается необходимым элементом содержания образовательной системы. Всюду говорится о том, что мы должны быть толерантными, что уважение к себе невозможно, если нет уважения к соседу, что человеком может быть только тот, кто признает за другими право быть людьми. И вроде все правильно и спорить с этим нельзя – по крайней мере оставаясь на позиции человека интеллигентного...
Сугубо формально, «толерантность» означает «терпимость». Русский язык «толерантен по построению» – он не знает антонима к слову «терпимость», не содержащего отрицательную частицу. Между тем любой психолог скажет вам, что отрицание не суггестивно. В этом смысле язык уже на семантическом уровне призывает к терпимости.
С другой стороны, а к чему еще он может призывать? Язык есть средство коммуникации, коммуникация подразумевает сосуществование, какие-то, пусть минимальные, формы согласия и, следовательно, терпимость.
«Слово "нетерпимость" мне не нравится, мистер Мармадьюк, так как оно подразумевает "терпимость", а это оскорбительно и для вас, и для меня, и для любого другого существа во вселенной.
<...> Если бы нетерпимость и существовала, не понимаю почему вы приходите в такое негодование. Ведь проявление подобного чувства бросает тень не на того, против кого оно направлено, а на того, кто его испытывает, поскольку он демонстрирует не только невоспитанность, но и глубокое невежество. Нет ничего глупее нетерпимости»294.
294 Саймак К. Заповедник гоблинов. М : Эксмо, 2008.
Опять-таки с этим трудно спорить. Но вот вопрос: в каком смысле употребляются здесь понятия «глупее» и «умнее». Слово «ум» многозначно и включает в себя как минимум три очень разных понятия: «ум» в смысле «интеллект», «ум» как «мудрость», наконец, «ум» в значении «харизма» (что до некоторой степени тождественно «таланту»). Несколько упрощая, можно сказать, что «интеллект» находится на третьем, семантическом, контуре сознания, «харизма» лежит на четвертом, социополовом контуре (социальный интеллект), а с «мудростью» мы встречаемся на уровнях 5+.
Здесь необходимо заметить, что 3-й, семантический, контур сознания возникает как развитие, но и отрицание второго, территориального. Не будет ошибкой сказать, что те проблемы, которые на территориальном контуре решаются сравнением сил, решаются на семантическом контуре сравнением интеллекта. В этом смысле «ум» (третьеконтурный) является аналогом «силы » и способом достижения превосходства.
Мы приходим к парадоксальному, но, вероятно, верному выводу, что «воспитание безусловной нерефлектируемой толерантности» (
295 По Чжоу Эньлаю: «Политика есть продолжение войны иными, а именно ненасильственными средствами». Чжоу Эньлай перефразировал известную формулу К. Клаузевица: «Война есть продолжение политики иными, а именно насильственными средствами» (Чжоу Эньлай (1898-1976), китайский государственный и политический деятель. Работал и учился во Франции и Германии. С 1922 г. член Коммунистической партии Китая (КПК). С 1927 г. член ЦК КПК. Один из организаторов и руководителей Наньчанского восстания 1927 г. В 1934-1935 гг. один из руководителей Северо-западного похода. В 1949-1954 гг. премьер Государственного административного совета КНР В 1949-1958 гг. министр иностранных дел КНР. С 1954 г. премьер Государственного совета КНР. В 1956-1966 и с 1973 г. заместитель председателя ЦК КПК).
Итак, понятие «нетолерантность» может иметь положительную коннотацию. Нетолерантный – активный, занимающий позицию, имеющий выраженную идентичность, убежденность, пассионарность. По Лютеру: «На том стою – и не могу иначе».
Толерантный – зачастую терпимый, безразличный, пассивный, не желающий и не способный занимать позицию, непассионарный или субпассионарный. Для того чтобы национальные элиты сохранили свое положение, массы должны быть толерантными. Для того, чтобы мировые элиты сохранили свое положение, государства должны быть толерантными.
В своем предельном развитии нетолерантность ведет к шовинизму, экстремизму и различным формам групповой исключительности – фашизму, нацизму, рассизму и т.п.
Но толерантность в своем предельном развитии ведет к нейтрализму, позиции «радующейся обезьяны», а затем – к политкорректности в своем американском значении.
Само собой разумеется, что эти две сущности – толерантность и нетолерантность – образуют диалектическое единство, то есть взаимообусловлены, взаимосвязаны, взаимопреврашаемы, подразумевают наличие третьей сущности, встающей в управленческую позицию и переводящей 2-противоречие в 3-баланс.
