Социальные утопии достигли своего расцвета в «Классической модели (имперского) коммунизма», связанной с именами Ефремова, Стругацких, Ле Гуин, Мак-Мастер Буджолд, Хайнлайна. Вновь приходится упомянуть «Падение Гипериона» Д. Симмонса – квинтэссенция постиндустриальной модели. Отдельный раздел составляют утопии педагогические, такие как «Кимон»181 К Саймака или «Отягощенные злом»182 А. и Б. Стругацких. Не может не радовать, что класс буржуазных утопий остался пустым даже в текущей капиталистической Реальности... Разве упомянуть Д. Дефо с его «Робинзоном Крузо»...
181 Саймак К. Прелесть. М.: ЭКСМО; СПб.: Валери СПД, 2002
182 Стругацкий А., Стругацкий Б. Отягощенные Злом, или Сорок лет спустя. Рига: Астрал; М : Прометей, 1989.
Что же касается антиутопий, то можно с уверенность сказать, что бояться нам уже нечего: структура земного ада также исчерпана Текущей Реальностью.
Число человеческих страхов ограничено; они сводятся к страху физической смерти, психической смерти (безумия) и социальной смерти (изгнанию из трибы). Все это давно реализовано в виде социальных систем, которые данные страхи материализуют и, более того, становятся их метафорой.
Итак, познавать «реальное будущее» скучно или страшно, да и знание это принципиально невостребуемо; исследование же «описываемого будущего» методами фантастики и футурологии потеряло смысл, поскольку и земной рай, и земной ад оказались предметом изучения социологии, если не истории наций, народностей и государств.
Промышленная революция пусть с некоторыми шероховатостями, но в целом решила витальные (жизнеобеспечивающие) проблемы человечества, и тот, кто готов это осознать, живет в обеспеченном, динамичном и интересном мире. Нам уже не нужно воспринимать конструкции земного рая (и ада) художественными приемами – утопии и антиутопии существуют вокруг нас как Текущая Реальность. Потому бесполезно искать новые фантастические идеи в рамках прежних моделей. Зато в ближайшие годы фантастика, наверное, коснется нового круга проблем, как строить иное и как вписать это иное в свою прежнюю жизнь, выменяв себе ощущение успеха на страшилки перед неизвестным. А «Декларация прав Будущего-в-Настоящем» станет документом этой выгодной сделки.
Декларация прав Будущего-в-Настоящем
1. Эффективнее конструировать живое будущее, т.е. будущее инноваций, чем мертвое, механическое будущее, которое строится и без нашего участия.
Механическое будущее – по сути дела это улучшенное или же ухудшенное – «сегодня», воспринимаемое через стереотипный набор грядущих катастроф и кризисов (войны, перенаселенность, голод, СПИД, загрязнение среды, истощение ресурсов, оледенение, таяние льдов Антарктиды, падение метеоритов, комет, астероидов и лун – зачеркнуть ненужное, вписать недостающее).
Мы полагаем, однако, что первый (футурологический) принцип бесполезен, второй (эсхатологический) – вреден, и оба они вводят в заблуждение, поскольку описывают живой и даже одушевленный объект, каким является ноосфера, в терминах «мертвого времени». Приведем отдаленную, но, по крайней мере, понятную аналогию: пусть в качестве системы выбран двухлетний ребенок. Тогда футурологический анализ, продолженный на двадцать лет вперед, предложит в качестве модели ползающее четырех-пятиметровое существо, способное к примитивному общению. Эсхатологический анализ сведется к материализации детских страхов (потеряться, описаться при гостях, оказаться в темноте.. ) Ни в том, ни в другом варианте не будет построена модель хотя бы подростка, не говоря уже о взрослом.
2. У России есть реальный шанс использовать в интересах «живого будущего» ресурсы развитых стран.
В настоящее время развитые страны, население которых удовлетворено собой и довольно своей жизнью, тяготеют к концепции «мертвого будущего», к остановке реального исторического процесса.
Речь здесь идет об очень простых вещах. Настоящее как система стремится продлить себя «из вечности в вечность» и щедро платит за это, предоставляя своим адептам необходимые финансовые, информационные, духовные ресурсы. Будущее стремится к статусу Текущей Реальности и тоже готово платить за это. Пытаясь остановить развитие, США и западноевропейские страны накапливают огромную потенциальную энергию отсроченных изменений. Эту энергию могут использовать в своих целях другие страны, и прежде всего Китай и Россия. Когда-то именно таким способом третьеразрядные Северо-Американские Соединенные Штаты превратились в мировую державу.
