— Джорджия! — вдруг окликнула дочь миссис Милман. — Бери лошадь и поезжай к Чету Вагнеру. Расскажи ему о том, что с нами стряслось. Спроси, согласен ли он приехать и помочь нам, если придется драться. Если понадобится, напомни, как мы помогли ему той страшной зимой два года назад!
— Будь все проклято! — недовольно пробормотала девушка. — Терпеть не могу просить! Тем более Чета!
— Неужели ты позволишь, чтобы твоя гордость стала причиной банкротства отца? — холодно задала вопрос мать. — В конце концов, Чет неплохой парень. И никогда не сможет отказать тебе.
Джорджия молча покосилась на отца, взглядом умоляя о помощи.
— Нет, нет, Джорджия! Только не подумай, что мне это по душе… Моя бедная девочка! Воспользоваться своим…
— Джорджия вполне может уговорить Вэгнеров, — признал Грегори. — А я, может быть, приведу Бирча с его людьми. В конце концов, мы с Томом Бирчем всегда были друзьями. Насчет Питерсов ничего не могу сказать. Вообще-то я слышал, что Питере — крепкий орешек. Только вот помяните мое слово: вряд ли кто в наших краях решится пойти против Диксона и его шайки! Но в любом случае лучше сражаться и погибнуть, чем сдаться без боя! И не пытайтесь убедить меня, что за ними закон! Это не закон, это грабеж среди бела дня — вот что я вам скажу! А Диксон еще хочет, чтобы ему уплатили две сотни, тогда он вернет ваше добро и уберется восвояси!
У Милмана вырвался слабый стон. Он обхватил голову руками.
— Если не будет другого выхода, придется уплатить этому негодяю двести тысяч… А уж потом, потом, клянусь честью, я обойду все суды в этой стране, но вытрясу из его глотки эти деньги!
— Скорее удастся добыть воду в этой пустыне! — мрачно резюмировала миссис Милман. И тут же спохватившись, мягко поинтересовалась: — Но ведь ты же не собираешься сдаваться, дорогой?
— Надо иметь мужество смотреть фактам в лицо! — воскликнул Милман. — Что еще мне остается, ну, скажи?! Коровы…
— Да на твоем месте, — не выдержала Элинор Милман, — я бы предпочла, чтобы передохли все коровы, но не позволила бы этим мерзавцам взять себя за горло! Получить с них деньги через суд?! Господи, да неужели ты не понимаешь, что через пять минут после того, как ты отсчитаешь им двести тысяч, они исчезнут, и ищи ветра в поле?! Вернешь свой деньги! Ха! Скажешь тоже!
Ее вдохновенное пророчество заставило Милмана вскочить со стула. Он яростно потряс над головой сжатыми кулаками.
— Нет, черт возьми! Сейчас соберу ребят и мы вышвырнем вон весь этот сброд! — проревел он. — Эй, Грегори, пошли кого-нибудь за…
— Нет, — с неожиданной твердостью в голосе заявил управляющий.
— Ты, стало быть, тоже решил предать меня, Грегори? — грустно спросил Милман.
— Я хорошо знаю мои обязанности, — ответил тот. — В них входит объезжать ваше ранчо, следить за скотом и за рабочими, а также охранять вашу собственность. Но я никогда не стану подставлять голову под пули отпетых негодяев, которых видел у ручья, до тех пор, пока не буду уверен, что все преимущества на нашей стороне. И не считайте меня трусом. Нет, это простой здравый смысл. В конце концов, я еще не сошел с ума. А потом, Милман, вы хоть понимаете, с кем имеете дело?! Разве вы не знаете, что любой из тех, с кем вы хотите драться, сожрет троих наших на завтрак и не подавится?!
— Видишь, Элинор? — Ранчеро в отчаянии повернулся к жене.
— Ну что ж, — отозвалась она со своим обычным спокойствием, — тогда езжайте к соседям за помощью, заодно и узнаете точно, сколько у нас настоящих друзей. Но только если к вечеру вы никого не приведете, клянусь честью, я сама возьмусь за винтовку! Вот тогда увидим, на что они способны, эти ваши хваленые головорезы!
Все трое изумленно воззрились на нее.
Миссис Милман не вспыхнула от волнения, голос ее не дрогнул — казалось, она была так же выдержана и хладнокровна, как всегда. Но внезапно все присутствующие поняли, что Элинор и в самом деле сделает то, о чем говорит. И все трое застыли, смущенные, пристыженные, как дети, перед ее железной решимостью.
Вздохнув, миссис Милман повернулась к мужу:
— Я вложила слишком много сил, любви да и всего остального в это ранчо, мой дорогой. И если придется умереть ради всего этого, что ж, я согласна. Сделаю это без малейшего колебания. Но пока что попробуем обойтись без ненужных жертв. Давай начнем с того, что обратимся за помощью к друзьям. Ты, Джорджия, поезжай к Чету Вэгнеру. Вы, Грегори, отправляйтесь к Бирчам. А к Питерсам я поеду сама.
— Ничего подобного ты не сделаешь! — оборвал ее муж. — Ты поедешь просить? Ты? Оставайся здесь!
Она молча кивнула:
— Хорошо. Я сделаю так, как ты хочешь, дорогой.
