Мне было настолько все равно, что когда снова появился Тэйрат, я покорно последовала за ним, не сказав ни слова, в отличие от девчонок, которые, осмелев, закидали его вопросами. Девушкам хотелось знать и сколько мужчин в поселке и как происходит выбор партнера и как много времени дают девушке на выбор — это после того, как Тэйрат сказал, что если девушка сама не выберет, выберут за нее. Я же не слушала никаких объяснений, полностью погрузившись в свои мысли. Меланхолия и отчуждение от этой серой и невзрачной реальности становились все сильнее. Так хотелось сбежать куда-нибудь, зарыться в какую-нибудь нору и не видеть больше никогда и никого. Не давали покоя воспоминания о Тэйтане. Ведь когда он вернется не найдет меня на месте. Сможет ли он здесь меня найти? Так странно, я не помнила обстоятельств нашего с ним знакомство, но самого аллэрна не забыла. При мысли об этом человеке настроение становилось совсем тоскливым, и ненависть вперемешку с тоской и желанием накрывали меня с головой. Такие противоречивые чувства и все к одному и тому же мужчине. Почему-то мне смутно казалось, что мне есть за что его ненавидеть. Но вспомнить всех обстоятельств никак не получалось. Поэтому старалась мысли об аллэрне отодвигать в сторону, дабы не сорваться в истерику и действительно не сойти с ума.
Плелась в хвосте процессии девушек, но Тэйрат приотстал, поравнялся со мной и спросил:
- Ты как, Ариадна? Что-то совсем не весела.
- У меня нет поводов для веселья, - тихо ответила ему, не подымая глаз от дороги.
- Почему ты так печальна? Тут на Границе опасно, но жизнь полнее и дышится свободней. Там, - махнул он рукой куда-то назад, - мы не смогли бы с тобой вот так поговорить. Граница меняет людей и очень сильно. Уходят ненужные и утяжеляющие жизнь привычки и черты характера. Исчезает все наносное, люди становятся такими какие они есть. Граница не даст выжить тому, в ком есть гниль.
- Ты так вдохновенно говоришь об этом, - кинула короткий взгляд на аллэрна. - Мне сложно сравнивать. Я слишком много утратила. Где-то там позади осталась часть меня, часть моих воспоминаний и это не дает мне покоя. И потом, ты говорил, что многие бы ушли отсюда, будь такая возможность. Как-то это не согласуется с твоими словами о том, как меняет людей Граница.
- Тяжело жить в постоянном напряжении и постоянно вспоминать о том, что потеряно и оставлено за спиной. Каждый из тех, кто пришел оттуда мучается хронической тоской по прошлому, это верно. Каждый, наверное, кроме настоящих фанатиков своего дела, не задумываясь вернулся бы, будь такая возможность. Но в то же время я прекрасно понимаю и высоко ценю то, что дает Граница. Она дает возможность быть собой.
- Противоречиво, - только и ответила.
- Мы пришли, - посторонился аллэрн, пропуская меня и неуверенно сгрудившихся у дверей девушек. - Проходите. Здесь три раза в день можно поесть. За счет государства.
В голове всплыло слово «коммунизм», но точного его значения я не вспомнила, как и не поняла, почему именно оно вдруг выскочило из глубин памяти.
- Кто будет помогать в таверне? - спросил нас Тэйрат.
- Она и Лайима, - презрительно кивнула на меня Лил.
- Тогда как поедите, подойдете к Арину — управляющему таверной — и скажите об этом, - Тэйрат отошел от нас и присоединился к группе аллэрнов и торнов, сидевших вместе за длинным столом.
Только сейчас почувствовала на себе множество взглядов и поежилась от такого внимания. Нас внимательно разглядывали, но ни одной сальной шуточки не полетело в наш адрес. Один из длинных столов был не занят, неуверенно, первой двинулась в его сторону и в таверне все отмерли. Мужчины продолжили беседовать за жизнь, а девушки двинулись следом за мной.
- Тилир нарвался на рронов у самой Границы, - за соседним столом беседу нельзя было назвать оживленной.
Трое торнов и двое аллэрнов мрачно слушали светловолосого парня. Наконец один из них отмер и подал голос:
- Откуда сведения?
- Я сегодня был на связи. Лайев разъезд направился на место прорыва. А Тилир скоро будет здесь. Пополнение прибыло и по его словам очень сильное.
- Сегодня ариес с полью, - затараторила молодая торнчанка, подошедшая к нашему столу, и тут же прервалась. - Вы же новенькие, да? Какие все хорошенькие. Вы не бойтесь, у нас здесь девушек не обижают. Замуж выйдете, оглянуться не успеете.
- Давай я тебе помогу, - поднялась со своего места и прервала словоохотливую торнчанку. - Тебе одной будет тяжело сразу для всех еду нести.
- А что вы будете? - спросила она меня и запнулась, встретившись со мной взглядом.
- А что есть, то и будем, - устало улыбнулась я, оглянувшись на притихших спутниц.
Напуганные большим количеством мужчин вокруг и непривычной обстановкой, они растеряли всю свою боевитость и явно чувствовали себя не в своей тарелке. Только Лил мрачно смотрела перед собой, ни на что не реагируя. Торн с рассеченной бровью за соседним столом не сводил с нее задумчивого взгляда и я про себя подумала: «Вот кто первой выйдет замуж. Лил хоть и жестка, но очень красива. Глаз не оторвать».
