Побродив по комнате, устало опустилась на стул и вздохнула, было скучно. Комнату успела осмотреть еще вчера, сегодня ничего нового в этой коморке не прибавилось. По моим часам прошел час, прежде чем за мной пришли. Щелкнул замок, дверь открылась, и жестом мне было предложено выйти. Эллента выглядела хмурой, оглядев меня с ног до головы, она покачала головой и повела меня сначала на кухню, где вручила ведро с водой и тряпку, а потом снова наверх. Показав где и что надо помыть, еще раз меня осмотрела и ушла вниз. Сделав пару шагов вслед за ней, услышала, что она походила, похлопала дверцами шкафа, потом стукнула входная дверь, и хозяйка дома ушла. Сбежав по лестнице вниз, убедилась, что дверь предусмотрительно закрыта. Попробовала открыть окно, не получилось. Тем более что вместо стекол в рамы было вставлено что-то прозрачное, но очень прочное. В этом убедилась, ударив с размаху локтем по этому чему-то. Возможности выбраться наружу не было, поэтому пришлось приступить к предложенной работе. Ворча, протирала мокрой тряпкой мебель, которой было не много, и полки всех цветов и размеров, что присутствовали в одной из комнат. Пройдясь по хоромам, а были они не велики, явно не царские палаты, устало пристроилась в знакомом мне кресле у очага. Стоило признать, пока были заняты руки мытьем, смахиванием пыли и выкручиванием (тряпки), голове некогда было думать о той ситуации, в которой я очутилась. Поэтому уборку можно было назвать занятием полезным и нужным. А вот вынужденное безделье, наносило вред моему бодрому утрешнему настроению. Накатывала грусть, горечь осознания того, что домой вернуться не получится, о том, что мама и отец извелись, и, наверное, уже подали заявление в милицию. Мысль о том горе, что испытывают мои родители, вызвала желание разреветься. Ну, уж нет, если расклеюсь, тогда точно не справлюсь с ситуацией.
Окинув взглядом комнату в поисках отвлечения от грустных мыслей, встрепенулась, когда взгляд упал на предметы, что за завтраком служили Элленте пособием для преподавания местного языка. Решено! Буду повторять, то чему меня учила хозяйка дома. За попытками правильно произнести по памяти названия предметов, меня и застала хозяйка. По одобрительному взгляду, брошенному в мою сторону, стало понятно, что женщина была довольна увиденным. Улыбнувшись, она положила мне на колени принесенный сверток.
- Спасибо, - решила поблагодарить за подарок, и стала разворачивать сюрприз.
Да... Сюрприз, так сюрприз. Вопросительно посмотрев на женщину, увидела, как она махнула рукой наверх. Ее жест, видимо, обозначал 'Переодевайся!'. Выражение ее лица, стало серьезным, когда она увидела, что делать этого не хочу. Подойдя ко мне, она грустно посмотрела мне в глаза и сказала: 'Рэт, тароно'. Что это могло значить, не поняла, но, проникнувшись отношением хозяйки дома к церемонии переодевания, неохотно поднялась со своего места и пошла наверх.
Помню ту судьбоносную встречу. Когда весь день шел дождь. Прошел год, с того времени, как появилась в том мире. К этому моменту, уже знала, что можно, что нельзя. И была очень благодарна Элленте за коричневую бесформенную юбку и серую блузку. Три месяца пришлось просидеть дома, пока не поняла из не всегда понятных мне объяснений хозяйки, что нужно изображать из себя немую дурочку. Так будет безопасней. Это было условием того, чтобы выходить на улицу. Иначе она просто не хотела меня отпускать. Вот и строила я из себя умалишенную, стараясь, все время держать на лице глупое выражение и всегда молчала, когда меня кто-то о чем-то спрашивал. Через пару месяцев такой жизни, уже вполне правдоподобно изображала мычание не умеющего говорить человека.
Так о чем это я? Ах, да о девушке по имени Ариадна и Тэйтане. В тот день, шел дождь. Мне нужно было выйти и покормить толота хозяйки. Я и вышла. Наполовину справившись с заданием по перетаскиванию из-под навеса плиток питательного вещества, которым кормили толотов (ездовых животных), я нагрузила очередную порцию в корзину ромбовидной формы и потащила ее через двор в обиталище домашней живности. По дороге случилось то, чего боялась, а именно, поскользнулась в грязи, которой после двухдневного проливного дождя был заполнен весь двор. Почва раскисла, и меня не спасли от падения даже высокие сапоги, приспособленные для такой погоды. Чертыхаясь про себя, с трудом поднялась, к тому моменту как мне удалось это сделать, я была вся вымазана в грязи. Даже лицо уже успела пару раз мазнуть грязной рукой. В таком вот виде и предстала перед Тэйтаном. Лучше бы этого никогда не происходило. Как все было бы тогда проще.
