Но сначала несколько необходимых биографических штрихов. Сергей Александрович Есенин родился 21 сентября (3 октября) 1895 года в селе Константинове Рязанского уезда Рязанской губернии. В крестьянской семье. И сразу «но». Детство Есенина было беззаботным, никакого особого крестьянского «напряга» он не испытывал, без всякого этого кольцовского: «Раззудись, плечо! Размахнись, рука!..» Это было скорее детство с этнографическим окрасом. «Часто собирались у нас дома слепцы, странствующие по селам, пели духовные песни…» – читаем мы в автобиографии Есенина. «Стихи начал слагать рано. Толчки дала бабка. Она рассказывала сказки…»
Ну и, конечно, на Есенина-мальчика воздействовала среднерусская неброская природа: поля, перелески, озера…
Вся эта живописная благодать проникала в душу восприимчивого ребенка. Стихи, как кто-то остроумно заметил, росли прямо у дороги. Да и мотив дороги – один из излюбленных Есениным. «По дороге идут богомолки…», «О красном вечере задумалась дорога…», «Серебристая дорога, ты зовешь меня куда?..» и т. д.
«Родные хотели, чтоб из меня вышел сельский учитель» (автобиография, 1924). В учителя Есенин не пошел, он стал поэтом.
В Константинове сельского паренька настигли первые пригляды девушек. «Хороша была Танюша, краше не было в селе…» Была ли Танюша Татьяной или это просто зашифрованное имя какой-то другой девушки, трудно сказать. После того как Есенин стал знаменитым поэтом в Москве, не одна старушка намекала на то, что де она – та самая Танюша и что именно ее зацеловывал «допьяна» Сережа Есенин. Господи, как всем хочется приобщиться к вечности, хотя бы через поцелуи и объятия знаменитости!
Сотрудники музея-заповедника в Константинове утверждают, что первая любовь поэта – Анюта Сардановская, смуглая и бойкая девушка.
Еще одно раннее увлечение – Маня Бальзамова, подруга Анюты, светловолосая и скромная. Впервые Есенин встретился с ней в Константинове летом 1912 года и сразу отметил ее необычность: «Она хочет идти в учительницы с полным сознанием на пользу забитого и от света гонимого народа». И как сообщает Есенин в письме к своему другу Григорию Памфилову: «В последний вечер в саду просила меня быть ее другом. Я согласился. Эта девушка тургеневская Лиза («Дворянское гнездо») по своей душе и по своим качествам, за исключением религиозных воззрений. Я простился с ней, зная, что навсегда, но она не изгладится из моей памяти при встрече с другой такой же женщиной…» (август 1912).
Уже отбыв в Москву («Я покинул родимый дом, голубую оставил Русь…»), Есенин посылал Мане отчаянные письма. Считается, что таких писем было более ста, но сохранилось лишь 16. Судя по ним, Есенин влюбился. Он вообще был влюбчивым: натура такая – художественная, музыкальная, один взгляд – и уже звучат струны любви.
Вот одно из писем 17-летнего Есенина Мане Бальзамовой (Москва, весна 1913):
«Милая Маня!.. Ну, как ты поживаешь? Думаешь ли ты опять в Калитинку на зимовку? Я, может быть, тогда бы тебя навестил. Да, кстати, нам необходимо с тобой увидеться и излить пред собою все чувства… Я боюсь только одного: как бы тебя не выдали замуж. Приглянешься кому-нибудь и сама… не прочь – и согласишься. Но я только предполагаю, а еще хорошо-то не знаю. Ведь, Маня, милая Маня, слишком мало мы видели друг друга. Почему ты не открылась мне тогда, когда плакала? Ведь я был такой чистый тогда, что и не подозревал в тебе этого чувства… И опять, опять: между нами не было даже, – как символа любви, – поцелуя, не говоря уже о далеких, глубоких и близких отношениях, которые нарушают заветы целомудрия и от чего любовь обоих сердец чувствуется больнее и сильнее…»
Середина 1913 года: «Любить безумно я никого еще не любил, хотя влюбился бы уже давно, но ты все-таки стоишь у дверей моего сердца. Но, откровенно говоря, эта вся наша переписка – игра, в которой лежат догадки, – да стоит ли она свеч?»
И еще одно письмо, написанное Есениным в октябре того же года (Есенину уже 18 лет). Оно интересно ходом мыслей юного поэта.
