Пока наш автобус с многочисленными остановками колесил по городу, на улице неожиданно выпал первый снег. Правда, назвать сие недоразумение полноценным снегом у меня не поворачивался язык: крошечные снежинки таяли прямо на лету, а под ногами мерзко чавкало грязное месиво. Как только наш транспорт поравнялся с остановкой, Индрек без особого пиетета выдернул меня из салона и настойчиво потащил за собой, уверенно перепрыгивая через регулярно преграждающие нам путь лужи.
–Куда мы идем? – осторожно подала голос я, – или мне по статусу не полагается этого знать?
–По статусу тебе вообще не полагается находиться рядом со мной, – отчеканил Индрек с теми пренебрежительными интонациями, которыми обычно хотят указать собеседнику, что гусь свинье не товарищ, – но так уж сложились обстоятельства, что мне приходится терпеть твое общество. Я не могу подвести заказчика, а если нам не удастся вернуть мою вещь, то успешное выполнение задания автоматически окажется под угрозой, чего ни в коем случае допустить нельзя. Просто прими это как должное и не донимай меня вопросами, ладно?
–Как скажешь, – расстроенно кивнула я, понимая, что большего я от Индрека все равно не добьюсь, – ты, наверное, тайный агент под прикрытием, раз твоя работа сопряжена со сплошными секретами….
–Если тебе нравится так обо мне думать, я не возражаю, – усмехнулся Индрек, – хотя меня и не интересуют твои домыслы. А теперь, по существу: я уже говорил тебе, что Эмбер не питает ко мне симпатии, поэтому будь готова к проявлению агрессии.
–Хотела бы я посмотреть на того, кто тебе искренне симпатизирует, – фыркнула я, – поверь мне, когда ты вот так тычешь мне ножом под ребра, я испытываю к тебе далеко не дружеские чувства, и если этот твой любимый способ установления контакта, я отлично понимаю всех твоих недоброжелателей.
–Я пытался договориться с тобой по-хорошему, но ты сама не стала меня слушать, – напомнил Индрек, – зато потом дело сразу пошло на лад, разве не так? Язык силы – наиболее эффективное средство коммуникаций, такова человеческая природа. И не только человеческая…
Что подразумевалось под загадочной ремаркой моего спутника, я так и не поняла, но, учитывая немногословность Индрека, он, вероятно, сказал мне более, чем достаточно, и мне оставалось довольствоваться этими не внушающими оптимизма сведениями за неимением альтернативных вариантов. Если я адекватно истолковала сказанное Индреком, мне нужно было постоянно держать ухо востро, не поддаваться на провокации и, самое главное, ничему не удивляться. Раз уж Индрек не отпускает меня от себя ни на шаг, значит, я ему действительно нужна, и пусть даже из сугубо эгоистичных побуждений, но он обязательно встанет на мою защиту, если мне будет угрожать реальная опасность. Да, весьма сомнительное утешение, но на общем беспросветно мрачном фоне происходящих вокруг меня событий это уже по крайней мере хоть что-то.
Квартал, за которым среди жителей столицы закрепилось неофициальное название «Старый Центр», представлял собой неподражаемый образец архитектурной эклектики. Такого потрясающего смешения стилей нельзя было увидеть ни в одной другой части города: безликие коробки из стекла и бетона мирно соседствовали здесь с отреставрированными историческими зданиями, построенными в начале прошлого века, а буквально в нескольких метрах от сияющего небоскреба банковского офиса можно было обнаружить расположенный в приземистом деревянном домике музей. Старый Центр давно утратил прежний престиж, и недвижимость в данном районе ценилась в основном среди преданных поклонников минувшей старины, хоть лет двадцать назад тут бурлил эпицентр столичной жизни, а квартиры продавались за огромные деньги. Но уже скоро стало ясно, что дома в Старом Центре не отвечают современным требованиям: аварийные инженерные коммуникации, устаревшая внутренняя планировка, необходимость проходить длительную и затратную процедуру согласования, чтобы получить разрешение на реконструкцию фасадов – все эти факторы привели к тому, что популярность квартир в исторических домах значительно снизилась, а их оценочная стоимость упала в разы. Столица приросла новыми микрорайонами, элитными коттеджными поселками, и жилье в Старом Центре перестало быть привлекательным объектом долгосрочного инвестирования, так как капитальный ремонт квартиры в пятиэтажке порой обходился в настолько внушительную сумму, что на эти деньги, в принципе, можно было построить свой дом, причем вовсе не на задворках цивилизации. Кстати, о частном секторе…
