Машина свернула в переулок. В глубине на обочине дороги стояли «Жигули». Оправившись, Ольга тихо ждала, что будет дальше. Парень с козлиной бородкой рядом ругался, не подбирая слов.
Подъехав к «Жигулям», водитель остановил авто. Выскочил на дорогу, открыл пассажирскую дверь. Ольга полулежала с закрытыми глазами. Длинноволосый пригнулся. Сунулся головой в салон:
— Не очухалась, дьяволица? — Тряханул женщину за плечи.
И в эту секунду она изогнулась, выбросила руку вперед и схватила бандита между ног. Сжала все в кулаке.
Завопив, тот выпучил глаза. Ольга толкнула его из салона и сама выпрыгнула на дорогу. Длинноволосый скорчился, подвывая по-собачьи. Женщина побежала.
Вылетев пулей на другую сторону машины, подельник с козлиной бородкой пустился вдогонку. Догнал, вцепился пятерней в нее, остановил. Рывком развернул к себе, сильно ударил кулаком по голове. У Ольги в глазах поплыли радужные круги, она потеряла сознание. Бросив ее себе на плечо, понес к «Жигулям». Проходя мимо корчившегося напарника, зло сказал:
— Кончай хрюкать! Потопали!
— Я ее, дьяволицу, изувечу! — Бормоча дрожащими губами, он, приседая и корчась, поплелся следом.
Машину Ольги бросили.
Запихнув женщину на заднее сиденье «Жигулей», парни с двух сторон влезли туда же.
Очнулась Ольга, плотно зажатая крепкими телами парней. Перед глазами все плыло, медленно приобретая свои очертания. В машине было душно. От взмокших парней несло по́том. Но стекла в авто закрыты. Тот, что с козлиной бородкой, сразу предупредил:
— Колыхнешься — изувечу!
До сих пор чувствуя боль между ног, длинноволосый сыпал в ухо ей скабрезные угрозы. За рулем сидел незнакомый молчаливый парень, он ни разу не оглянулся, и Ольга видела только его неровный затылок с круглыми завитками волос на нем. Она попыталась присмотреться, куда ее везут. Но ей заломили руки за спину, надели наручники и завязали глаза.
Когда «Жигули» остановились у подъезда старого двухэтажного дома с осыпающейся штукатуркой на стенах, старыми деревянными дверями, длинноволосый вылез, осмотрелся. Двор небольшой, неухоженный. Вокруг — никого. Небольшая цветочная клумба напротив подъезда заросла травой. Парень повернулся к открытой двери авто, буркнул:
— Давай. Все тихо.
Быстро высадив Ольгу из машины, ее под руки провели в подъезд дома. Здесь сняли с глаз повязку. Парень с козлиной бородкой сказал:
— Топай сама! Прямо. Вякнешь — башку снесу!
Лестничные марши были деревянными, ступени под ногами, истертые посередине подошвами обуви, поскрипывали. Массивные деревянные перила чуть пошатывались, когда на них опирались.
Вошли в квартиру на первом этаже. Ольгу толкнули в спину, направляя из прихожей, где в одном углу торчала вешалка для одежды, а в другом — тумбочка, в комнату. Здесь в нос ударил терпкий запах, который обычно скапливается в непроветриваемых помещениях. Глаза Ольги невольно пробежали по закрытой форточке окна. И только потом — по всему остальному.
Комната была полупустая: кровать, стол, два стула. На стене — маленькое зеркало. На кровать небрежно наброшено старенькое зашарпанное покрывало. Подушка плоская, как камбала. Стол шаткий, весь истыкан ножом. Стулья рассохшиеся, расшатанные, неустойчивые.
Осмотревшись и остановившись посредине комнаты, Ольга взглядом уперлась в зеркало и не узнала свое отражение. Лицо с кровоподтеками, волосы растрепаны. Следом в дверях возник длинноволосый. Боль между ног у него прошла, осталась только злость и ярость в душе. Он молчком остановился в проеме. Второй, с козлиной бородкой, протопал в кухню. И Ольга услыхала, как из нее раздался незнакомый приглушенный голос. Он спросил:
— Кто тебе так морду разукрасил? Она, что ли? Хорошее дело. Довезли нормально?
— Бешеная овчарка! — пропыхтел в ответ черноволосый.
— Ничего, пластырем заклеишь! — сказал незнакомый голос и приказал: — Готовьте ее!
В комнату, отодвинув с дороги длинноволосого, вошел парень с бородкой, снял с Ольги наручники, показал на кровать:
— Ложись!
Отступив к стене, Ольга настороженно приготовилась защищаться. Ничего не говорила, смекнув, что никакие слова сейчас не помогут. Ее просто не услышат, потому что слушать ее никто не собирался.
— Не боись, — хмыкнул парень, сообразив, чего она испугалась. — Твоя попка нам не нужна! Хотя там есть чего помацать.
— Прикоснетесь — глаза выковырну! — вырвалось у нее из груди.
Подойдя к ней ближе, парень резко ударил по лицу. Она прижалась к стене, едва удержавшись на ногах. Вскрикнула и вдруг, оттолкнувшись от стены, вцепилась парню в глотку.
Засипев, тот стал отрывать ее руки. Подскочил длинноволосый и оглоушил женщину. Ольга обмякла, разжав руки, скользнула по парню на колени. Тот ладонью потер себе шею, зло оторвал женщину от пола и бросил на кровать. Завязал ей глаза. Ольга закрутила головой, потянулась к повязке, чтобы сорвать ее, но оба парня насели на нее, зажав руки и ноги. Тот, что с бородкой, громко произнес:
— Она приготовлена! — И позвал: — Заходи!
