— Не он первый, не он последний, — отправляет в рот кусок стейка. — Вроде действительно что-то полезное делает.
— Я тебя умоляю! Это все показуха! Ты не ответил. Думаешь, она поступает правильно? Позорит отца-подполковника. Ежедневно подвергает себя риску.
Завожусь. Хочу услышать его позицию. Неужели одобряет подобный союз?
— Это ее выбор. Просто смирись и не лезь. В этом нет никакого смысла.
— Детей от него как рожать будет, Ром?
— Сами разберутся. Тебя это не должно волновать.
— Не должно, но волнует. Я переживаю за нее и не намерен закрывать глаза на происходящее. Как делаете это вы. Пойдешь на свадьбу, да?
Он молчит.
Киваю.
Ну понятно.
— Камиль…
— Поеду домой. Был рад встрече.
По набережной гуляю долго. У воды прохладно, но сейчас я абсолютно ничего не чувствую. Даже злости не осталось. Только отчаяние.
Легко сказать. Я бы посмотрел на Рому в похожей ситуации. Да вот только его любимая женщина с ним рядом. А не выходит замуж за другого…
Достаю из кармана беспокойный телефон.
Маша:
А следом за сообщением фотография. Стол накрыт. Горят свечи.
Нахмурившись, открываю календарь и останавливаюсь.
Вызываю машину, отправляюсь прямиком в ювелирный. Выбираю и покупаю подарок за пять минут до закрытия магазина. После чего еду в цветочный, работающий, к счастью, круглосуточно.
Домой попадаю в районе одиннадцати. Снимаю туфли, вешаю пиджак и прохожу в квартиру.
Маша не встречает меня как обычно. Сидит за столом. Смотрит на догорающую свечку.
— Привет.
Поднимает на меня глаза.
Плакала. Снова…
Чувствую себя конченым уродом и в очередной раз жалею о том, что когда-то решил дать шанс этим отношениям.
— Извини, что я задержался.
— Ничего. Не впервые, — потушив пламя свечи, произносит тихо.
— Маш…
— Это мой день рождения, Камиль, — шумно тянет носом воздух. — Я с самого утра ждала от тебя поздравление.
Ощущаю острый укол вины.
— Уже даже троюродная тетка позвонила.
Подхожу к ней. Отдаю розы и маленькую бархатную коробочку. Обнимаю, целую в висок. Присаживаюсь у ее ног. Жду, когда посмотрит подарок.
— Серьги… — комментирует разочарованно.
— Маш…
— Я думала, там кольцо. Наивно конечно, но все же… Мы ведь три года уже как вместе.
Молчу.
— Ты пил, да? — наклоняется ниже. — Я чувствую.
— Совсем немного.
— Камиль, я тебя не узнаю!
— Не начинай, — прошу устало.
— Это из-за нее, да? — стреляет прямым попаданием в цель. — Расстроен тем, что она выходит замуж?
— Давай не будем об этом.
— Нет, давай будем! — резко встает, и цветы с колен падают на пол. — Я так больше не могу! Нас всегда трое. Я, ты и она. Господи, я думала, что со временем ты успокоишься…
— Чего ты хочешь от меня, Маш? — поднимаюсь тоже. — Я ведь никогда тебе не лгал.
— Мне от твоей честности не легче! Понимаешь? Нет?
— Понимаю.
— Я… Я надеялась и верила, что справлюсь. Что у меня получится. Но я… — всхлипывает и закусывает губу, чтобы не разрыдаться. — Сегодня, сидя здесь в одиночестве, я впервые подумала о том, что заслуживаю того, кто меня полюбит. Того, кто будет ценить и уважать меня.
— Конечно заслуживаешь.
— Я от тебя ухожу, Камиль. Кому-то из нас давно пора поставить точку.
Удивленно поднимаю голову.
— Это невыносимо. Я уже даже не в силах ее ненавидеть, — горько усмехается. — Продолжай любить ее, слушай ее песни, смотри фотографии и клипы. Я больше не хочу, чтобы меня это касалось. Тебе ясно?
— Да.
— Отлично, — вытирает слезы рукавом шелковой рубашки. — Вот ключи, — ее голос дрожит.
Кладет на стол связку с брелком, привезенным из Тайланда. Туда мы ездили с ней прошлым летом.
— Вещей моих уже нигде нет. Ничто обо мне напоминать не будет.
— Куда ты пойдешь?
— Неважно куда. Подальше отсюда, — обнимает себя руками за плечи. Глаза блестят от слез. — Я все для себя решила. Прощай…
Наблюдаю за тем, как она выходит из комнаты. Слушаю, как обувается в прихожей. И как хлопает дверь.
Образовавшаяся тишина режет по перепонкам. Не ожидал такого исхода.
Сажусь на стул и окидываю взглядом стол. Столько здесь того, что я так люблю.
Конченый.
Все еще не верю в то, что она сделала, но невероятно ею горжусь. Потому что, в отличие от меня, Маше хватило смелости на этот поступок…