– Она хочет выйти замуж за кого-то другого, – мрачно ответил Эдвард.
– Но она твоя жена!
– В действительности не совсем.
О чем он вообще говорит? Она любила его, но временами он выводил ее из себя.
– Не говори ерунды, – осадила она его. – Эмили замужем за тобой.
– Я женился на ней, только потому что ты так хотела. И она согласилась, только потому что на этом настаивали ее родители. Мы никогда не любили друг друга и… – он замялся, а потом выпалил: – В общем, наш брак фактически не оформлен. У нас с ней ничего не было в постели.
Так вот на что он намекает. Августа поразилась, что ему хватило смелости заговорить об интимном. Обычно такие вещи с женщинами не обсуждают. Вместе с тем она нисколько не удивилась тому, что его брак был фиктивным. Она и раньше догадывалась об этом. Тем не менее Эмили так просто от него не отделается.
– Никакого скандала мы не допустим, – сказала она строго.
– Не будет скандала…
– Конечно, будет! – прервала она его, рассердившись на его недальновидность. – В Лондоне об этом хватит разговоров на целый год. Да и дешевые газетенки станут раздувать сплетни.
Теперь Эдвард был лордом Уайтхэвеном, а газеты, которые нравится читать слугам, обожают печатать статьи про любовные дела аристократов.
– Ты не думаешь, что Эмили заслуживает свободы? – спросил он, еще больше нахмурившись.
Августа пропустила мимо ушей его слабый призыв к справедливости.
– Она как-то может тебя заставить?
– Она хочет, чтобы я подписал документ, в котором наш брак признается фиктивным.
– А если ты не подпишешь?
– Тогда ей будет труднее настоять на своем.
– Вот и прекрасно. Нам не о чем беспокоиться. Не будем больше затрагивать эту неприятную тему.
– Но…
– Скажи ей, что никакого аннулирования ей не видать. Я не потерплю разговоров об этом.
– Хорошо, мама.
Ее удивила такая быстрая капитуляция. Хотя последнее слово всегда оставалось за ней, обычно он сопротивлялся дольше. Наверное, его заботит что-то другое.
– В чем дело, Тедди? – спросила она более мягким голосом.
Эдвард тяжело вздохнул.
– Хью мне кое-что рассказал.
– Что именно?
– Он утверждает, что Мики убил Солли Гринборна.
Августа почувствовала, как по ее спине пробежал холодок возбуждения.
– Как это? Солли переехал экипаж.
– Хью говорит, что Мики его толкнул под колеса.
– И ты ему веришь?
– В тот вечер Мики был со мной, но он мог отлучиться на несколько минут. Так что это вполне возможно. А как думаешь ты, мама?
Августа кивнула. Мики опасен и смел, поэтому от него исходит такой магнетизм. Он действительно способен на убийство, и это сойдет ему с рук.
– Мне трудно поверить, – сказал Эдвард. – Я знаю, что Мики в каких-то отношениях бывает грубым и злобным, но чтобы убить…
– Но он может убить, – сказала Августа.
– Почему ты так уверена?
У Эдварда был такой жалкий вид, что Августе захотелось поделиться с ним своей тайной. Но разумно ли будет признаться ему? В любом случае вреда не будет. Возможно, даже пойдет на благо. От слов Хью Эдвард сейчас задумчивее обычного. И он может серьезнее отнестись к этому вопросу. Она решилась.
– Мики убил твоего дядю Сета, – сказала она.
– О боже милосердный!
– Задушил его подушкой. Я поймала его за этим.
Вспомнив ту сцену, Августа почувствовала прилив крови и жар между ног.
– Но зачем Мики было убивать дядю Сета?
– Чтобы побыстрее раздобыть те винтовки для Кордовы, разве не помнишь?
– Я помню, – ответил Эдвард и некоторое время молчал.
Августа прикрыла глаза, вспоминая долгое и дикое объятие Мики в комнате с мертвецом.
Заговорив, Эдвард вырвал ее из задумчивости:
– А ты помнишь того мальчика, Питера Миддлтона?
– Конечно. – Августа никогда не забывала того, чья гибель темной тенью постоянно висела над их семейством. – А что с ним?
– Хью говорит, что его тоже убил Мики.
А вот эти слова потрясли Августу уже по-настоящему.
– Что? Нет… не верю.
Эдвард кивнул.
– Он специально держал его голову под водой и утопил.
Августу ужаснула на столько мысль об убийстве, сколько предательство Мики.
– Хью, наверное, сам это все придумал.
– Он говорит, что Тонио Сильва видел, как это происходило.
– Но это значит, что все годы Мики сознательно нас обманывал!
– Мне кажется, так и есть, мама.
С нарастающим страхом Августа поняла, что у Эдварда есть причины доверять Хью.
– Почему ты вдруг поверил Хью?
– Потому что я кое-что знаю. А Хью не знал, и это подтверждает его слова. Понимаешь, Мики украл деньги у одного из учителей. Питер об этом знал и грозил рассказать. Мики нужно было как-то заставить его молчать.
– Мики всегда не хватало денег, – вспомнила Августа, но недоверчиво покачала головой. – Получается, все эти годы мы считали…
– Что Питер погиб по моей вине, – закончил за нее Эдвард.
Августа кивнула.
– И он специально свалил вину на меня. У меня это в голове не укладывается, мама. Я-то думал, что я убийца, а Мики знал, что это не так, но ничего не говорил. Разве это не предательство нашей дружбы?
Августа с сочувствием посмотрела на сына.
– И что теперь, ты порвешь с ним отношения?
– Наверное, придется, – с грустью в голосе ответил Эдвард. – Хотя, если на то пошло, он мой единственный друг.
