Этот голос. Даже полностью потеряв сознание от боли, я бы узнала этот глубокий звучный тембр где угодно. Боже, я сейчас не в силах разговаривать с ним. Ни капельки.
Мне больно поворачивать голову, чтобы посмотреть на него, сосредоточиться на его лице.
Гаррет наклоняется ближе, вглядываясь в меня. Беспокойство искажает его черты. — Эмбер?
Я покачиваюсь, и все погружается во тьму.
Когда снова открываю глаза, комната кружится. Нет, подожди. Я в лифте. С Гарретом. И в его объятиях, положив голову на его плечо.
Он смотрит на меня сверху вниз, между его бровей пролегает небольшая морщинка. — Ты снова со мной? Я потерял тебя на мгновение. Ты заболела?
Я качаю головой. Плохая идея. Закрыв глаза, ворчу: — Мигрень.
— Попалась. — В его груди урчит у меня под ухом.
Лифт останавливается, и Гаррет выносит меня в холл, шагая так, словно я вешу не больше пуховой подушки.
— Моя сумочка, — бормочу я.
— Она у меня.
Я расслабляюсь рядом с ним, вдыхая его мужской запах. Его небритый подбородок касается моей щеки. Просто нахождение в его объятиях успокаивает бурю боли, бушующую во мне.
К тому времени, как мы подходим к моей двери, я снова чувствую себя почти человеком. — Спасибо, мистер э-э… Гаррет. Теперь ты можешь отпустить меня.
Он хмуро смотрит на дверь, все еще держа меня, как будто не спешит отпускать. Я тоже никуда не спешу. Впервые в жизни весь шум в мире, все те раздражающие факторы, от которых постоянно пытаюсь отгородиться, исчезли, остались только мы с Гарретом. Моя рука лежит на его гранитном бицепсе, я чувствую силу в его руках, контролируемую мощь.
Я тоже смотрю на свою дверь, желая, чтобы та открылась сама.
Он опускает меня и обнимает за талию, пока нащупываю ключи. Как только они у меня, я направляю их к двери, надеясь, что схватила нужный ключ. Я все еще дрожу, слабая после дня, проведенного в борьбе с мигренью.
Большая рука Гаррета накрывает мою, вводя ключ в замок и поворачивая его. Он открывает ее для меня.
Вполне себе джентльмен для парня, который выглядит как бандит.
К моему ужасу — или, может быть, радости — он снова поднимает меня на руки и несет внутрь.
— Спасибо, — говорю ему, надеясь, что он посадит меня на диван в гостиной. Не тут то было.
Гаррет несет меня прямо в спальню. Я цепляюсь за него, жалея, что не засунула свое белье обратно в корзину этим утром после того, как разбросала все по всему полу в поисках пропавшего бюстгальтера. По крайней мере, бюстгальтер надежно спрятан под одеждой.
Мои трусики, однако, валяются прямо посреди пола.
Забудь о головной боли. Теперь я вся горю оттого, что покраснела. Гаррет в моей спальне? Должна признаться, это приходило мне в голову. Но я никогда не думала, что это произойдет на самом деле.
В моих фантазиях комната была намного чище.
Гаррет сажает меня на кровать и наклоняется надо мной. Прежде чем успеваю что-либо сказать, он стаскивает с меня туфли-лодочки. — Ты что-нибудь принимаешь? Ибупрофен?
Я начинаю качать головой. Ой. Лучше бы этого не делала. В ушах шумит. Боль вернулась, как только Гаррет опустил меня на пол. — Нет, ничего не помогает, кроме сна. — Тошнота делает разговор невыносимым.
Гаррет прикасается ко мне, его огромная ладонь накрывает мой лоб. Боль снова отступает. — Что тебе принести? Стакан воды? Мокрое полотенце?
Слезы щиплют мне глаза, но не от боли. Никогда, никогда никто так не заботился обо мне. — Да, пожалуйста, — шепчу я.
Он убирает руку, и я же тоскую по нему. — Ладно. Я сейчас вернусь.
Я сворачиваюсь калачиком на кровати. Мою кожу покалывает, когда Гаррет снова наклоняется надо мной. Мокрое полотенце ложится мне на лоб. Блаженство.
Рядом он ставит стакан с водой.
— Тебе нужно что-нибудь еще? — Его брови низко опущены, мы почти соприкасаемся носами.
Кто ты такой и что ты сделал с головорезом Гарретом? Хотелось мне спросить. И что я сделала, чтобы заслужить эту доброту? Я знаю ответ на этот вопрос: ни черта.
— Спасибо, — хриплю я. Мне жаль, что я осуждала тебя.
— Хочешь, чтобы я ушел или остался?
Останься. Боже, пожалуйста, останься. — Со мной все будет в порядке. Ты можешь идти.
Он встает.
— Еще раз спасибо.
Он касается моего плеча. — Я буду рядом, если тебе что-нибудь понадобится. У меня отличный слух, так что просто кричи, если снова потеряешь сознание.
— Почему ты так добр ко мне?
Его суровое лицо расплывается в улыбке. Это каким-то образом разрушает все защиты, которые я когда-либо возводила против мужчин в целом и против него в частности. — Я намеревался выследить тебя и устроить взбучку. Чериз рассказала мне все те ужасные вещи, которые ты говорила обо мне.
О Боже.
Пульсация в моей голове усиливается, как будто он вонзил мне в виски ледоруб. Убивает меня своей добротой. — Мне жаль…
— Нет, не беспокойся об этом. Просто дай отдохнуть своей голове. Я накажу тебя за это позже. — Он подмигивает. Подмигивание, способное поставить девушку на колени.
