— Позволь помочь тебе, Джен. — Он крепко обхватил ее за плечи, глядя серьезно и сочувственно. — Я знаю, ты несчастлива. И неправда, что ты продаешь себя давно, иначе ты не была бы такой… такой… — Он пытался подыскать слово, затем покачал головой с расстроенным видом. — Ты новичок в этом деле. Я чувствую. Я — первый клиент и, надеюсь, буду единственным.
— Ты не первый мой клиент, — сказала она в отчаянии, — но все, что ты говоришь, имеет смысл. Ты заставил меня понять, что проституция не для меня, и я покончила с ней. — Она постаралась вложить страстную искренность в каждое слово. — Никогда больше не буду этим заниматься.
— Ты говоришь это только для того, чтобы отделаться от меня, — удрученно сказал Трев. — Если ты серьезно решила, я помогу тебе, у меня есть друг, доктор Джейн Парсонс, психолог из Санта-Моники, которая работает с женщинами. Она поможет тебе пережить тяжелый переходный период.
Второй раз за этот день Дженифер еле сдержала истерический смех. Вот уж чего она не хочет, так это новой жизни! И с каких это пор Джейн Парсонс стала его хорошим другом? Джейн была одной из ее клиенток в парикмахерском салоне, но в то время Трев не знал ее. Дженифер едва не задохнулась от ревности.
— Но я не могу бросить свою основную работу и уехать в Санта-Монику.
— Тогда я найду здесь профессионального консультанта!
— Спасибо, но мое будущее — не твоя забота. Пожалуйста, оставь меня в покое!
— Так я и думал, что для тебя главное — избавиться от меня. Почему?
Он так проницательно посмотрел на нее, что ее охватила паника. Господи, ну почему он так настойчив? Пора положить конец его интересу к ней. Пожалуй, мягкостью не обойдешься. Надо сделать что-нибудь такое нарочито грубое, чтобы убить в нем этот въедливый интерес.
— Знаешь, почему я хочу избавиться от тебя? — выпалила она. — Ты болван! Ты у меня не первый, не пятый и даже не двадцатый. У меня их было так много, что я потеряла счет, но ты считаешь себя особенным и думаешь, что можешь распоряжаться моей жизнью.
— Да не пытаюсь я распоряжаться твоей жизнью, я хочу помочь тебе. Забудь о психологе, если тебе это неприятно. Но может, ты испытываешь материальные трудности? Хочешь, я помогу тебе найти высокооплачиваемую работу?
— Мне не нужна твоя помощь! — закричала она, почти плача. — Я врала тебе, чтобы от тебя избавиться. Обожаю быть «ночной бабочкой». Люблю возбуждение, деньги, которые трачу на шикарную одежду, драгоценности, дорогую обувь…
— Зачем же такие страдания после секса?
— Тебе показалось, я тогда просто… устала. Уходите, мистер Монтгомери, или я вызову полицию… за приставание к даме.
Трев не ответил.
Это ее удивило. Обычно у него на все есть ответ. Может, наконец, понял, что бессмысленно пытаться спасти женщину от нее самой?
Он стоял, расставив ноги, скрестив руки и глядя на нее. Удивленно или загадочно — она не могла понять.
— Ну давай, зови полицию. Я готов!
Дженифер и Трев воинственно уставились друг на друга. Что будет, если она вызовет полицию? Кто знает, что Трев может сказать или сделать? Малейшее подозрение, что она занимается проституцией, — и она окажется в центре внимания. Прощайте трудовые рекомендации, доброе имя, даже возможность снять приличное жилье.
Но вдруг он сам начнет копаться в ее жизни и обнаружит, что ее не выгоняли из отеля, что она живет в Санрайзе семь лет, именно с того времени, когда пропала Диана, что… страшно подумать.
Нет, она не может звать полицию. Дженифер приблизилась к нему и с мольбой сказала:
— Пожалуйста, Трев, послушай. Я знаю, ты чувствуешь себя неловко… купив мои услуги, совесть заставляет тебя загладить вину. Но ты не в ответе за мою жизнь. Кто ты мне? Моя жизнь сложна, и я прошу тебя, умоляю, оставь меня в покое. Твое вмешательство причинит мне лишь неприятности.
— Ответь мне на один вопрос, Джен, — сказал он, прерывая ее монолог. — Сложности в твоей жизни связаны с сутенером?
Она нахмурилась.
— Сутенером?
— Ты работаешь на сутенера?
Ну да! Вполне логично, что проститутка работает на сутенера. Это прекрасная идея! Трев должен понять, что у нее есть внушительная защита.
— В общем, да, я работаю на… одного очень влиятельного человека. Мой покровитель улаживает мои проблемы, оберегает от особенно назойливых… Я не хочу, чтобы он узнал о тебе. — Она содрогнулась внутренне от чудовищной лжи… но, может, это остановит его?
— Значит, я прав? Ты боишься!
— Боюсь?
— Ты больше не одна, Джен. — Его глаза сверкали, голос вибрировал от неподдельного гнева. — Я не позволю ему обидеть тебя, клянусь!
— Трев, ты не понял. Он не обижает меня, наоборот, мы близкие друзья.
— Разве друзья так поступают?
— Ну да, но…
— Значит, он относится к тебе плохо. Ты нужна ему только как товар. Иначе ты бы его не боялась.
— Я не боюсь его!
— Ты запугана, несчастна и одинока, а этот расчетливый ублюдок, кто бы он ни был, пользуется этим. Он навязывает тебе образ жизни, который только погубит тебя. Скажи мне его имя и как его найти.
