– О боже, – сказала Грейс с лукавой улыбкой. – Мы обязательно обсудим, что это было, но позже. За бокалом вина и после того, как все будет кончено и все будут в безопасности. – Она выпрямилась, одергивая подол своего серого топа с баской. – Но сейчас нам надо поговорить. Я обдумала каждую деталь, составляя портрет, и считаю, что у нас есть проблема.
– Что за проблема? – спросила Мэгги, проведя ее в один из пустых грузовиков спецназа. Она села на одно из сидений, а Грейс, обеспокоенная, расположилась напротив нее, аккуратно скрестив ноги. Она вытащила папку из своего кожаного портфеля и протянула ее Мэгги.
– Портрет, который я собрала, говорит о самоотверженной личности, – объяснила Грейс. – Миссия для него имеет первостепенное значение. Однако отсутствие каких-либо личных вещей в его квартире продолжает беспокоить меня. Можно предположить, что парень, который так сосредоточен на своем брате, будет хранить что-то, что напоминает ему о своей миссии. Но там не было ничего; вообще ничего. Затем, когда я получила стенограмму вашего звонка, когда он перечислил свои требования… – Грейс наклонилась, ее тонкие губы, очерченные яркой коралловой помадой, скривились в беспокойстве. – Он знает, что не выйдет оттуда, Мэгги – сказала она. – Он знает, что никакой поездки в аэропорт не будет, как и пяти миллионов долларов. Он просто говорил все, что приходило в голову. Он хочет выиграть время. А не изобретать новый план. Он пытается собраться с духом.
– Для чего? – выдохнула Мэгги.
– Чтобы умереть. С самого начала он не ожидал, что пройдет через это, – сказала Грейс, и теперь в ее глазах ясно читалось беспокойство. – Ему все равно, выживет он или нет. Все, о чем он заботится, это разоблачить людей, которые убили его брата. Это самоубийственная миссия.
Сердце Мэгги ушло в пятки, руки сжали колени. Она не удивилась, что Грейс пришла к такому выводу. Она подозревала и боялась этого. Но она так хотела, чтобы Грейс ей сказала, что она была не права.
В некотором смысле, как кто-то, кто потерял родную сестру, она почти понимала Манкузо. Разве она не тратила свою жизнь, пытаясь восполнить потерю Эрики? Разве Манкузо, по сути, не делал то же самое для своего брата – просто более опасным образом?
– Я знаю, что ты права, – сказала она тихо.
– Что будешь делать? – спросила Грейс. – Каков твой план? Потому что сценарий меняется, когда субъект планирует самоубийство посредством полицейского. Ты это знаешь. Ты действительно думаешь, что сможешь оттащить его от края? Ты потрясающая, Мэгс, но я не уверена, что кто-то может быть настолько хорош. Этот парень полностью предан своему делу. Он видит только свою цель.
Мэгги не знала, что сказать. Вся ее подготовка и инстинкты до сих пор говорили ей, что лучший способ вытащить Кайлу и Пола оттуда живыми – это поддерживать разговор с Манкузо, выстраивая с ним доверительные отношения до тех пор, пока не появится какая-нибудь возможность. Она знала, что он пытался выиграть время, но и она тоже. Манкузо был не из тех людей, которым доставляло удовольствие убивать. К этому его еще нужно было подтолкнуть. Если бы только ей удалось быть осторожной и не подтолкнуть его…
Кто-то постучал в дверь фургона спецназа, Грейс встала и открыла ее.
– Мисс Кинкейд? – спросил низкий голос.
– Она внутри, – сказала Грейс.
– Иду, – отозвалась Мэгги, вставая на ноги.
– Подумай о том, что я сказала, – Грейс сжала ее руку и отошла назад, чтобы позволить ей выбраться.
– Хорошо, – сказала Мэгги. Шагнув на землю, она заморгала от яркого света, заливающего фигуру, стоящую перед ней.
Высокий, худощавый, темноволосый мужчина стоял в лучах света прожекторов, его тень угрожающе растянулась по земле. Его футболка и джинсы казались немного неуместными, учитывая, что парк кишел людьми в снаряжении.
– Я Мэгги Кинкейд, – сказала Мэгги, протягивая руку, – а вы?..
– Мистер Блэк, – сказал он с нейтральной улыбкой, не протянув руку в ответ. Из-за этого она почувствовала себя идиоткой, но быстро поняла, что этого он и добивался.
Этот человек был из тех, кто с самого начала старается сбить с толку своих противников.
Мэгги оглядела его с головы до пят. Она знала, что он не мог бы пройти за оцепление без значка. И он не был из ФБР, в этом она была уверена. Возможно, он из Национальной безопасности? Или сенатор нанял другого эксперта, чтобы разобраться с ней?
– На какое агентство вы работаете? – спросила Мэгги.
– Это не имеет значения, – сказал он ровным, отстраненным голосом.
Мэгги нахмурилась.
– Нет, имеет, – сказала она. – Я не позволяю людям с неизвестными связями иметь доступ к месту преступления.
– На карту поставлены вопросы национальной безопасности, мисс Кинкейд, – сказал мистер Блэк. – Моя работа – защищать и устранять угрозы. Я здесь, чтобы наблюдать и следить за происходящим.
