- Как назовете мою внучку? – Светлана Сергеевна прикладывает ладонь к моему округлившемуся животу, - Толкается! И еще раз. Бойкая будет у вас девчушка.
- Мы еще не придумали, Арсений до последнего надеялся, что будет мальчик.
Я ощутимо чувствую толчки ребенка внутри живота. Он словно требует, чтобы я наконец присела и отдохнула. Предновогодние хлопоты меня выбили из колеи привычной жизни. Подарки родственникам и друзьям. Презенты деловым партнерам. Арсений во всем полагается на мой вкус, не вникая в подробности. Иногда подкидывал советы:
- Присмотри Богданову перьевую ручку Паркер, а Лойтману хорошее вино. И его супруге не забудь презент. Она искусством увлекается.
У нас и отношения между собой напоминали сугубо деловые. Живем, как соседи, в разных комнатах. Пересекаемся иногда по вечерам, когда Арсений не задерживается на работе. Я кормлю его ужином и спрашиваю, как прошел его день. Арсений стандартно отвечает, что все прекрасно и задает мне аналогичный вопрос. Мой день похож на тот, что был вчера и завтра не обещает никаких изменений в моей жизни. Редкие встречи с друзьями, на которых мы делаем вид, что у нас все отлично. Родители искренне радуются нашему воссоединению и потихоньку начинают меня заваливать одеждой и игрушками для будущего малыша.
Вроде бы все наладилось, но в душе пустота. Утром просыпаюсь, на автомате готовлю себе завтрак. До вечера занимаюсь переводами и ищу дополнительные заказы. Монотонная работа помогает не думать и не вспоминать. Лишь легкое шевеление ребенка внутри меня напоминает мне о том, что я жива.
Вчера мы узнали пол будущего ребенка.
- Это девочка. Посмотрите, какая красавица, - говорит мне врач, развернув мне экран монитора. Я без труда могу различить крошечные ручки и ножки, что настойчиво толкают мой живот.
- Точно девочка? – недовольно хмурится Арсений, что сидит рядом со мною и с интересом вглядывается в мельтешащее серое облако экрана.
- Точно. А вы мальчика хотели? – медсестра улыбается и оглядывается на Арсения, - в следующий раз придете за братиком.
Арсений молчит, но я замечаю, как нервно дернулся уголок его рта. Мы оба не уверены, что способны повторить это чудо.
- Как ты хочешь ее назвать? – спрашиваю я Арсения, когда мы возвращаемся из клиники домой.
- Мне все равно, - равнодушно откликается он, - придумай сама.
Поэтому я до сих пор в смятении. Мне нравятся много имен, но ни одно я не считаю достаточно хорошим для моей дочери. Интересно, а что бы мне ответил на этот вопрос Даня?
Я невольно поежилась, вспоминая его. Сколько времени прошло, а память о нем, как незаживающая рана. Стоит сковырнуть корочку, и она начинает кровоточить.
На следующий день Арсений опять задерживается на работе. Это происходит все чаще, и я ловлю себя на мысли, что дело не только в большом объеме новых проектов. Загружая в стирку его белые рубашки иногда я улавливаю тонкий запах женских духов. Еле уловимый, что можно списать на резкий аромат духов его секретарши. Она, кстати, у него и правда другая. Ту он уволил. Впрочем, мне уже все равно.
Арсений приходит поздно вечером. От него несет алкоголем, и он небрежно поясняет:
- Ужин с деловым партнером.
Я равнодушно пожимаю плечами. Вижу, что врет. Деловой партнер наверняка был в узкой мини-юбке.
- У тебя следы помады на шее, - замечаю я, когда прохожу мимо него.
Арсений провожает меня взглядом. Зло прищурил глаза. Не знаю, что послужило катализатором, что заставило его резко схватить меня за руку. Притянуть к себе. Возможно, мое полное равнодушие, с каким я отметила факт измены.
- А что ты хотела? Ты же все время отталкиваешь меня. Все страдаешь по-своему… Дане.
Арсений растягивает его имя, выплевывая мне его в лицо.
- Пусти, - дергаю я руку.
- А если нет.
Арсений забавляется, видя мою беспомощность. Пытается еще сильнее привлечь меня к себе. Хватает крепкими пальцами за подбородок и ловит мои губы. Его рот с силой впечатывается в мой, а язык яростно вторгается внутрь.
Я вонзаюсь зубами в его губу. Чувствую вкус крови на языке.
- Сука, - рычит Арсений и отпускает меня. Вытирает капли крови, что скопились в уголке его рта. Поднимает на меня бешеный, неуправляемый взгляд и у меня екает сердце.
Убежать в свою комнату. Закрыть на замок дверь. Эти два простых действия четко впечатываются в мой мозг. Ноги сами несут меня в верном направлении.
Арсений бросается следом. Не понимаю, что ему надо. Отыграться за мое равнодушие? За то, что оттолкнула? Он пьян и сейчас совсем не контролирует свои действия. Поймать, отыграться, возможно причинить боль. Сейчас главное спрятаться за крепкой дверью моей комнаты и подождать, когда схлынет его злость.
Арсений протягивает руку, пытается ухватить за край футболки. Я уворачиваюсь, но моя нога скользит по полу, и я падаю. Выставляю руки вперед, чтобы смягчить падение, но все равно больно ударяюсь о поверхность пола.
- Что творишь, сука, - ревет надо мной Арсений, а я только и могу, что прижать руки к животу, согнувшись от резкой боли. Влага между ног. Трогаю пальцами и испуганно вскрикиваю, обнаружив, что они окрасились в красный цвет.
