– Господи!!!! Что же теперь делать, я же не могу вернуться просто так, что я скажу?
– Скажешь, что разнервничалась, разволновалась, была в шоке, но опомнилась.
– Да, ты как всегда прав. Как хорошо, что я тебе позвонила.
Тоня быстрым шагом пошла в обратном направлении, прокручивая в голове, что она скажет. Когда она подошла к бизнес-центру, она увидела выходящую знакомую фигуру, к которой кто-то обратился по имени отчеству:
– Убийство, Игорь Павлович, было совершено совсем недавно, поэтому мы можем словить его по горячим следам.
Тоню резануло это имя. Она дождалась, пока уже знакомый ей следователь подошел к машине, она быстрым шагом пересекла дорогу и окликнула его.
Их глаза встретились – ее испуганные и его удивленные.
– Вот это встреча, ну надо же, а вы тут как?
– Я походу свидетель, – дрожащим голосом ответила Тоня.
– Ого-го заявление, это как? Я вас не видел в здании, вы кого-то видели входящим?
– Нет, я по долгу своей службы была внутри?
– Где именно вы были? На каком этаже?
– Сокращу до минимума ваши вопросы. Я была на четвертом этаже именно в том кабинете, где вы обнаружили труп девушки.
Удивлению следователя не было просто границ, его округлые глаза смотрели прямо в заплаканные глаза Тони.
– Вы, что Антонина, простите, не помню отчества, серьезно? Вы понимаете, что сейчас говорите?
– Да, я в трезвом уме и светлой памяти, я все прекрасно осознаю, как и то, что смылась с места преступления.
– Ну рассказывайте тогда, как вы так умудрились из потерпевшей стать свидетелем?
– Пожалуйста, не ставьте на мне клеймо сразу, просто я раньше никогда не была в такой ситуации, я никогда в жизни не видела лежащих мертвых девушек и уж точно никогда никого не убивала. Просто мне назначали здесь встречу, и я приехала вовремя, а нашла вот, вот, ну сами понимаете, а потом я сильно испугалась и выбежала. А уже потом я поняла, что совершила глупость.
– Почему же? Вы можете сообщить ценную информацию, хотите, чтобы мы нашли быстрее убийцу, помочь следствию? Какие причины вас побудили вернуться на место преступления?
– Вот, вот, я так и знала, что меня будут подозревать, поэтому и сбежала, испугалась, теперь следующими вашими словами будут: «Преступники всегда возвращаются на место преступления».
– Вы начитались книжек.
– Если бы это чтение принесло мне пользу, то я бы никогда не умудрилась схватить пистолет…– Тоня это выпалила и сама испугалась своих слов.
Она стояла вся в оцепенении, пытаясь понять реакцию на сказанное следователю.
– Вот оказывается в чем причина, так бы вы сюда не вернулись никогда.
Тоня опустила глаза и разрыдалась.
– Я знаю, как это выглядит, но все совсем не так, как кажется, – сквозь слезы произнесла она и поведала следаку, как она умудрилась дотронуться до пистолета, а потом совсем забыла стереть отпечатки.
– Значит так, Антонина, во-первых, никогда такого не говорите представителю закона: забыла она стереть… Да вы понимаете, что вы говорите мне? Я должен прямо сейчас вас отвезти в полицию и детально допросить и все зафиксировать. Я просто не могу вас отпустить.
– Но если вы это сделаете, то мне хана, они возьмут отпечатки и навесят на меня все и еще больше.
– Да, это вполне возможно, если вы виновны, но если нет… – и тут следак оборвал свою речь – Садитесь в машину быстрее.
Тоня покорно запрыгнула на переднее сидение.
– Нет, назад.
Тоня быстро поменяла свою дислокацию. Следователь сел за руль и быстро рванул с места. Они проехали несколько минут, следак завернул в какой-то двор и остановился.
– Итак, Антонина, дело в том, что в данный момент у меня есть некоторые сложности на работе, поэтому в расследовании данного дела могут быть определенные препоны… В общем, я не обязан вам ничего объяснять, да и не хочу.
– Да уж, повезло так повезло, лучше и не придумаешь. А еще я вам не все сказала про фото….
– Тааак, это уже становится интереснее…. – Игорь Павлович пронзительно посмотрел на Тоню.
И Тоня рассказала и про эту ее оплошность – недосказанность, о том, что она почти точно знает, какие фото повинны в ограблении.
– Что теперь мне делать? – завершила она рассказ.
– Сейчас мы с вами поедем к вам домой, вы отдадите мне свои паспорт во избежание ваших дальнейших необдуманных поступков, и чтобы я был спокоен.
Так они и сделали. По дороге они говорили о Тониных догадках с обсуждением всех возможных мелочей.
– Значит так, Антонина, Вы хоть понимаете, что эти два дела могут быть связаны и если бы вы сразу мне все честно рассказали про фото, возможно, сейчас бы вы не вляпались так серьезно.
– Да, я это сейчас поняла, но откуда мне было знать… Я думала, что все обойдется…
– Как же мне быть дальше?
– Пока мы с вами решим так – вы никому ничего не говорите, я узнаю все об отпечатках, у нас будет с вами лишь пару дней, чтобы найти хоть какие-то ниточки, чтобы снять с вас подозрения. Вы меня понимаете? Вы хоть понимаете, что я нарушаю закон, что я иду на должностное преступление из-за вас?
– Да, да, конечно, я все сделаю, как вы скажите, я совсем не хочу в тюрьму и вас подвести под монастырь я тоже нисколько не хочу.
