Тарин покачала головой. Она была уверена, что доктор не хотел ничего делать без обезболивающего лекарства, и его сострадание тронуло её. Впрочем, он понятия не имел, через какую боль она прошла. Уж это вытерпит.
– Всё в порядке, – сказала девушка. – Просто делай, что должен.
Майкл настороженно посмотрел на неё, но всё же кивнул. Тарин была признательна ему за то, что не задавал вопросов по поводу её решения. Окажись Джейк на его месте, то стал бы спорить с ней.
– Буду нежен насколько смогу. Что насчёт антибиотиков? – спросил он. – На них у тебя тоже аллергия?
– Нет, насколько мне известно.
– Тогда отлично. Начнём с этого, – он вытащил другой шприц и наполнил его из стеклянной ампулы. Затем виновато посмотрел на неё.
– Боюсь, тебе придётся наклониться, чтобы я смог ввести лекарство.
На мгновение её глаза широко распахнулись, но затем на лице появилось выражение покорности. Она отвернулась от него и склонилась над столом, щеки покрывал очаровательный румянец. Тарин приподняла край рубашки Иэна и, тяжело вздохнув, с одной стороны стянула вниз белые шёлковые трусики. Невзирая на ситуацию ей пришлось сдерживать смех, когда за спиной послышалось рычание Джейка. Но потом она вспомнила, что он не имеет права на ревность, и выставила бедро чуть дальше.
Рука Майкла ощущалась теплой, когда он коснулся её кожи. Доктор нежно провёл ею по ягодице, затем вверх, по бедру и мягко сжал.
– Все сделано, – тихо сказал он, возвращая трусики на место. Тарин повернулась с удивлённым видом. Она была так сосредоточена на ощущениях его руки, что даже не почувствовала укол.
Он криво усмехнулся.
– Такое срабатывает только с женщинами, – подмигнул он, заставив её рассмеяться. Как доктор он неплохо себя показал.
Его улыбка увяла.
– Хотел бы я сделать всё так же просто со следующей частью, – произнес он извиняющимся тоном. – Но без новокаина будет больно.
Тарин было немного жаль его. Майкл не хотел причинять ей боль, и она подозревала, что он делает это только ради своих братьев. Как бы храбро девушка ни держала себя, понимала – хорошо, что он здесь. Рука адски пульсировала, и если о ней правильно не позаботиться, станет только хуже. Но она просто не могла пойти в больницу. Больницы означали вопросы, проверку документов – вещи, которых она должна сторониться любой ценой. Если плохие люди узнают, что она всё ещё жива… Что ж, рука стоила того, чтобы этого не случилось.
Она ободряюще улыбнулась ему.
– Всё в порядке, Майкл, – искренне сказала она и протянула ему руку. – Не нужно слишком переживать. Я крепче, чем выгляжу.
Майкл натянул перчатки.
– Будет проще, если ты позволишь им помочь тебе, – Тарин взглянула на Джейка и Иэна, которые стояли, скрестив руки, и внимательно наблюдали.
– Для кого? – спросила она. – Для них или для меня?
Майкл засмеялся.
– Согласен с тобой, – он посмотрел ей прямо в глаза. – Готова?
Тарин глубоко вздохнула и кивнула.
– Хорошо. Если станет невмоготу, что-нибудь скажи.
Тарин кивнула.
Без дальнейших проволочек Майкл приступил к работе. Если у него и были какие-либо сомнения по поводу способности Тарин выдерживать боль, она их быстро развеяла. Девушка сидела неподвижно, ни разу не дрогнула, даже когда он вскрыл рану, чтобы очистить её, и начал старательно удалять крошечные осколки стекла, которые всё ещё оставались в тканях. Он работал быстро, касался на удивление нежно, но всё равно было адски больно.
К тому времени как он зашил и перебинтовал рану, её лицо стало бледным, а кожа блестела от пота, но Тарин даже писка не издала.
– Ты в порядке? – спросил он, откидываясь назад.
– Ты закончил?
Он кивнул.
– Извини, – она бросилась в ванную. Мгновение спустя раздались звуки, свидетельствующие о том, что ее тошнило.
***
Джейк пытался последовать за ней, но Иэн его остановил.
– Остынь, Джейк. Дай ей минуту.
Он переступал с ноги на ноги и сверлил глазами дверь. Одно её слово, только одно, и он за единый удар сердца окажется рядом, а то и быстрее.
Спустя несколько минут – примерно вечность – Тарин вышла из ванной с извиняющейся улыбкой. Джейк больше не мог удерживать себя на месте. Два шага – и он рядом с ней.
Всё еще бледная, нетвердо стоявшая на ногах она с благодарностью позволила ему помочь ей. Обняв рукой за талию, Джейк почти нес её до кровати. Девушка не изъявила даже слабого протеста, и это доказывало, насколько она была не в себе. Как только её голова коснулась подушки, глаза тут же закрылись.
Джейк устроился рядом с ней, укрыл до плеч одеялом и откинул волосы с лица. Тарин была сильной женщиной, и потому казалось чем-то неправильным смотреть на неё вот такую: бледную и лежащую неподвижно. Она поразительно стойко держалась, пока Майкл делал своё дело – лучше, чем он в некоторые моменты. Несколько раз ему приходилось прикусывать губы, чтобы воздержаться от просьбы к Майклу остановиться, понимание того, что это необходимо боролось с осознанием того, что это чертовски больно.
Также она не должна была болеть.
– Какого чёрта, Мик? – потребовал он, поворачиваясь к Майклу.
