– Я работаю на тебя, помогаю с безумными выпускниками, а ты предоставляешь мне ночлег? – на самом деле это была отличная мысль. Если следующие две ночи будут подобны предыдущей, то она сможет положить в свой карман достаточно много чаевых, чтобы пережить наступающую зиму, если будет осторожна. К тому же, она не была в восторге от идеи вытаскивать из трусов сосновые иголки в течение следующих нескольких дней, и неважно с теплым пушистым медведем или нет.
Джейк кивнул. Возможно, из-за того, что так сильно устала, но Тарин обнаружила, что и в самом деле рассматривала его предложение. У нее итак были проблемы, помимо того факта, что все это было чистым безумием. Что ей действительно следовало сделать, так это бежать настолько быстро и далеко, насколько возможно, прямо в противоположном направлении. И плевать на машину. Она найдет какое-нибудь другое средство передвижения. Пусть механик продаст эту на запчасти.
«Убирайся немедленно, пока можешь». О, прекрасно. Голоса вернулись.
Она попыталась заставить свои ноги отойти от него, но тщетно. Даже на расстоянии вытянутой руки она чувствовала его тепло. Джейк был таким большим и стоял так близко, что, казалось, его окружала своя гравитация.
«Вот что это было», – мечтательно подумала Тарин. Он был как теплый, надежный живой магнит, оказывающий на нее свою силу притяжения. Она боролась с желанием приблизиться к нему.
«Не улыбайся, не улыбайся», – молила она, понимая, что если Джейк это сделает, она будет не в силах сопротивляться.
Он улыбнулся.
«Сукин сын».
Тарин сощурила глаза и одарила его самым яростным взглядом, на какой только была способна.
– Что-нибудь еще?
– Что именно? – спросил он чрезмерно невинным тоном, которому нельзя было доверять. В его глазах плясало озорство, веселье и порочный умысел.
Ее голову заполнили картины того, как она лежала под ним голая и влажная от пота. Она почувствовала, что на лице расцвел румянец ярости. И он это тоже заметил. И с трудом заставлял себя не улыбаться. Джейк был не просто сукиным сыном. А наглым ублюдком. Надменным мерзавцем с улыбкой, которая плавила ее изнутри, и взглядом, полным такой нежности, что Тарин оказалась бессильна против него.
– Ничего, просто спросила, – буркнула она. Он закашлялся, но это подозрительно напоминало смех.
Если больше Джейк не собирался ничего говорить, то и она тоже. Кроме того, она могла и ошибаться. Возможно, он был просто хорошим парнем с замашками рыцаря на белом коне. Такие встречались редко, но все же существовали. Наверное. И он предоставил ей возможность заработать немного баксов прошлой ночью, не задавая лишних вопросов. Она потянулась к цепочке и сжала в руке кельтский крест на шее. Загадочное покалывание в пальцах помогло принять решение.
– Ладно, по рукам, – сказала она с притворным нежеланием давать такой ответ, надеясь, что это прозвучало так, словно она бы этого не сделала, будь у Тарин другой выбор. Во всяком случае, она пыталась убедить в этом саму себя.
– Хорошо, тогда, – он протянул ей руку. Она многозначительно посмотрела на нее, что-то тихонько рыкнула себе под нос, развернулась кругом и зашагала обратно по направлению к пабу.
На этот раз Джейк даже не старался скрыть свой смех.
ГЛАВА 4
Джейк шел позади Тарин. Если она желала взять роль проводника на себя, он не возражал. Ей это давало ощущение некоторого контроля над ситуацией, а ему – прекрасный вид на ее восхитительную, в форме сердца, задницу.
Он действовал импульсивно, предлагая комнату в пабе, что было несколько не в его характере. Обычно Джейк поступал обстоятельно и методично, стремился взглянуть на все под разными углами, прежде чем поступить так или иначе. Но в этой женщине было что-то такое, задевающее в нем особые струны и взывающее к примитивным инстинктам внутри.
И пусть он хотел бы думать иначе, не похоже, что у него был сознательный выбор в этом вопросе. Тарин подняла взгляд больших дымчатых глаз, и,
Опустив голову и сунув руки в карманы, Тарин шла быстро, но Джейк с легкостью поспевал за ней. Чем больше он прокручивал в голове мысль о том, что она остановится в пабе, тем больше ему это нравилось. И ощущалось правильным.
Это не было банальной похотью. Это был
И маленькая непослушная дьяволица тоже это чувствовала. Ощутила ли Тарин ту же мгновенно возникшую странную связь между ними, как и он? Или она решила, что его предложение – это плохо завуалированная попытка затащить ее в постель?
