Опасные видения полностью

А значит, мне надо было уже минимум три тысячи долларов, чтобы удвоить аванс. Эшмиду, которому в Doubleday не разрешается выделять больше полутора тысяч долларов, пришлось бы получать одобрение редакционного совета – и он сомневался, что проект в нынешнем виде их заинтересует. Им и первые-то полторы тысячи выделять не хотелось. И тогда наш кадмиеглотковый оратор вновь взялся за трубку: «Привет, Ларри, милый мой котик!»

Так в конце концов возникла величайшая финансовая афера со времен скандала с «Типот Доум»[26]. Эшмид дает мне аванс в полторы тысячи долларов, на который я оплачиваю, ну, скажем, только тридцать тысяч слов из запланированных шестидесяти. Затем я шлю рассказы ему и прошу для завершения проекта еще полторы тысячи, и если все пойдет так, как мы ожидали, то выбить остаток у комитета не составит труда.

И вот сейчас, девятнадцать месяцев и двести тридцать девять тысяч слов спустя, «Опасные видения» стоили: Doubleday – 3000 долларов, мне – 2700 долларов из моего кармана (и никакого гонорара за составление), писателю Ларри Нивену – 750 долларов, которые он сам вложил в книгу, чтобы довести ее до ума. И при этом еще четырем авторам до сих пор не заплатили. Их рассказы пришли поздно, когда книга уже вроде бы была готова; но, услышав об идее и загоревшись, они сами хотели поучаствовать и согласились на задержку гонорара – который тоже пойдет из доли Эллисона, а не из роялти писателей.

Предисловие подходит к концу. Хвала звездам. В ходе рождения книги было еще множество невероятных происшествий, о которых здесь не сказано. Рассказ Томаса Пинчона. Эпизод с Хайнлайном. Дело Ломера. Происшествие с Тремя Рассказами Браннера. Срочный рейс в Нью-Йорк, чтобы договориться об иллюстрациях Диллона. Послесловие Кингсли Эмиса. Нищета, страдание, ненависть!

Всего пара слов о сути книги напоследок. Во-первых, она задумывалась как выставка новых литературных стилей, смелых экспериментов, непопулярных идей. Думаю, к этому определению подходят все рассказы, за одним-двумя исключениями. Не ожидайте ничего, будьте открыты ко всему, что пытаются сделать авторы, и наслаждайтесь.

Здесь нет многих авторов, знакомых читателям спекулятивной литературы. Антология и не задумывалась всеохватной. Одни исключались из-за самой сути их творчества – они сказали все, что имели сказать, уже давным-давно. Другие обнаружили, что не могут предложить ничего скандального или дерзкого. Кто-то просто не заинтересовался проектом. Но – за одним исключением – редактор никогда не отказывал из-за своих предубеждений. Поэтому вы найдете новых молодых писателей, таких как Сэмюэл Дилэни, бок о бок с известными мастерами, такими как Деймон Найт. Вы найдете гостей из других сфер, например Говарда Родмана с телевидения, плечом к плечу с ветеранами НФ-войн, например очаровательной (но в данном случае пугающей) Мириам Аллен Дефорд. Найдете традиционалистов вроде Пола Андерсона впритирку с дикими экспериментаторами, типа Филипа Хосе Фармера. Я просил только новое и нестандартное, но иногда рассказ был настолько… настолько рассказ (как кресло может быть очень креслом), что его просто нельзя не включить.

И наконец, составлять эту книгу для меня честь. После такого напора напыщенности это признание уже может показаться читателю ложной робкой скромностью в стиле Джека Пара[27]. Могу предложить вам лишь уверение редактора: «честь» – это даже слабо сказано. Видеть, как рос этот очень живой и завораживающий сборник, было все равно что подглядывать в скважину не просто будущего, но будущего всей спекулятивной литературы.

И подглядев, как эти тридцать два предсказателя повествуют свои истории завтрашнего дня, редактор пришел к выводу: все те чудеса и богатства, какие он ожидал от жанра, когда только начинал обучаться ремеслу, и в самом деле существуют. А если сомневаетесь, переходите к самим рассказам. Еще ни один не был в печати и как минимум в следующий год больше нигде не выйдет, поэтому вы совершили мудрую покупку – и заодно вознаградили тех, кто принес вам эти опасные видения.

Спасибо за внимание.

Харлан ЭллисонГолливудЯнварь 1967 года

Я выбрал Лестера дель Рея, чтобы возглавить парад выдающихся авторов этой антологии, по нескольким причинам.

Во-первых, потому что… Нет, давайте сначала вторую причину, потому что первая – исключительно личная.