— Вовсе нет. Я знаю, что внутри, — я вдавалась во все детали. Там только утеплитель, толстые податливые пластины, которые нетрудно распотрошить. Конечно, там могут проходить трубы или провода, но их мы обогнем, а остальное…
— Остальное?
— Металлические штыри, что держат утеплитель. Их забивают на равном расстоянии друг от друга, достаточном, чтобы даже ты могла протиснуться. — Хм… А чем будем отрывать опалубку?
— Кочергой. Она стоит у камина. С утеплителем проблем не будет — ножей тут хватает. Когда я готовила, заодно осмотрела ящики. Полный кухонный набор! Если начать прямо сейчас, кто знает? Может, встретим рассвет уже за стенами тюрьмы.
— А если те двое вернутся ночью? — сказала Кэрри. — Не лучше ли рискнуть и разбить окно?
— Еще недавно ты заклинала нас не прикасаться к окнам, — сухо напомнила Сара.
— А доски снаружи?
— Они прибиты гвоздями, — сказала Анна. — Если бить по ним изнутри (скажем, ногой), мало-помалу гвозди вылезут.
— Ты молодец, — похвалила Сара. — Отличный план и, на мои взгляд, вполне осуществимый. Меня немного беспокоит склон, но за неимением веревок можно воспользоваться простынями.
— Как в кино, — буркнула Кэрри.
— Правда? — удивилась Анна. — Вот уж не знала.
— Ты и книг не читаешь?
— Когда мне? Простыни так простыни. Я могу ими заняться хоть сейчас. Вязать морские узлы я, конечно, не умею, но можно посильнее сплести полосы.
— Вот и займись. — Сара повернулась к Кэрри. — Мы с тобой покрепче, мы займемся дырой. Согласись, Анна умница. Мне бы такое и в голову не пришло — что значит недостаток информации!
— Хорошо бы выбраться из дому как раз к рассвету. Ночью я не рискну спускаться по склону и вообще бродить по лесам. К тому же свет поможет найти дорогу. По ней можно вернуться к людям.
Перебирая в уме план Анны, Кэрри снова и снова спрашивала себя, не слишком ли они обольщаются. На словах все звучало просто, а каково будет на деле? Хватит ли сил? И времени?
— Надо будет прихватить с собой по ножу, — сказала Сара. — Мало ли, какая живность тут водится.
— И Монк может заглянуть, — добавила Кэрри с невольным содроганием. — По мне, так лучше стая волков, хотя надо признать, этот человек…
Она прикусила язык прежде, чем проговорилась, однако Сара тут же осведомилась, в чем дело.
— Может, это прозвучит ужасно, но внешне Монк мне понравился.
— Что же тут ужасного? Мне тоже. — Сара засмеялась, ничуть не смущенная этим откровением. — Как ты думаешь, акцент у него подлинный?
— Не знаю, подлинный ли, но очень сексуальный.
До этой минуты Анна просто прислушивалась к разговору, но тут не смолчала.
— Кэрри, и тебе не стыдно? Ты же замужняя женщина!
— Замужняя еще не означает слепая, — парировала та. — Что плохого в том, чтобы замечать интересных мужчин? Разве ты?..
— Никогда! — отрезала та возмущенно. — Мне бы это и в голову не пришло! Вожделение к постороннему — плевок п лицо законному супругу!
— С чего ты взяла, что я вожделею Монка? У кого что болит, тот о том и говорит!
— Боже мой, ну почему вы все время ссоритесь? — воскликнула Сара. — От вас голова кругом!
Для начала Джон Пол вернулся за часами, затем прошел миль двенадцать, по широкой дуге огибая отмеченный Кении ареал и высматривая знаки чужого присутствия: от мелких и незначительных вроде сломанного растеньица до жизненно важных вроде силуэта в зарослях. Убедившись, что, кроме него, во всей округе никого нет, он пристроил часы на новом месте, а сам приблизился к Коуард-Кроссинг.
Это было то самое место, вне всяких сомнений. На берегу торчал недавно врытый шест с куском фанеры, где красовалась грубо намалеванная стрела и слова «Коуард-Кроссинг». Проследив направление, Джон Пол увидел, что она указывает вовсе не на берег, а на заброшенную штольню. Крепления входа осели и сгнили, на одном из тех, что покрепче, трепетал на ветру красный женский шарфик.
Утро наступило довольно теплое. К тому времени как солнце высушило росу, Джон Пол уже сидел в засаде.
Оттуда, где он находился, хорошо просматривалось зияющее отверстие входа. Заглядывать внутрь он поостерегся, тем более что женщин там быть не могло (Монк не стал бы давать наводку на каземат, в котором держал своих жертв, и не позволил бы этого своей подружке).
Теперь ничего не оставалось, как ждать его следующего хода. Ведь не думал же он, что они полезут в штольню? А если думал, то, конечно, оставил там взрывчатку. Что может быть лучше подземного взрыва? Он почти не слышен и не оставляет улик. Тем не менее кто-то должен повернуть взрыватель, а для этого нужно быть поблизости.
Сидя в густом кустарнике, Джон Пол мысленно понукал Монка: «Покажись!» Между ним и штольней было свободное от растительности пространство, и если киллеру вздумается проверить, сработала ли ловушка, ему волей-неволей придется ступить на открытую площадку. Пусть даже на один миг — этого хватит. Вывести из строя, связать и вырвать нужные сведения. Ну а потом, после всего, можно будет отправиться за пленницами.
