— Да, да! — послышались голоса. — Гаффар прав! Гаффар знает лучше, — он дружен с большими начальниками ферингов. Сам Никкуль-Сейн подарил ему серебряную шашку.
— Да, да… Индус лжет!
— Взять его! Поганого пурбийца!
Застра стоял не шевелясь. Но едва белуджи подбежали к нему, одним прыжком, почти без разбега, он перемахнул через костер. От неожиданности люди по ту сторону костра расступились. Но тотчас бросились за ним вслед. Шагах в двадцати плотным строем в несколько рядов стояли обозные фуры. Ласкар нырнул под них.
— Он там, там! — закричали кочевники, несколько человек полезли под колеса телег. Ласкар, быстро изменив в темноте направление, уходил уже другой стороной. Он пробежал, прошелестев по траве босыми ногами, у самого плеча Лелы. «Уходи скорее», — успел шепнуть ласкар. И действительно, белуджи уже рассыпались по всем направлениям, шарили во всех кустах. Лела тихонько приподнялась и побежала.
В замешательстве она вдруг перестала понимать, где канал и куда ей нужно повернуть. Кажется, она бежала в сторону, противоположную каналу. Длинный поезд крытых парусиною пушек преградил ей дорогу. Лела побежала в обход, завернула за какие-то деревянные будки и неожиданно для самой себя очутилась среди офицерских палаток.
Их было много. Спальные палатки, обеденные, гостиные, большая четырехскатная палатка офицерского собрания, — целый город, белый, шелестящий полотняный город. Куда же теперь идти?
Лела стояла в узком проходе, не зная, куда повернуть.
— Кого ищешь? — строго окликнул ее какой-то проходивший мимо солдат.
— Полковника Гарриса, — быстро ответила Лела. — Меня послали к нему в конюхи.
— Разве полковник не в своей палатке?
— Нет.
— Да вот как раз он сам идет! Должно быть, на совет к генералу.
Высокий офицер с коротко подстриженными светлыми усами шагал им навстречу.
Просившийся к нему в конюхи молоденький индус неожиданно побледнел и быстро шмыгнул куда-то вбок, за палатку. Полковник шагал туда же.
Лела легла на землю и заползла под наружную полу какой-то большой палатки. Внутри пахло дорогим табаком и цветочной эссенцией.
Полотняные стены палатки были двойные, — так всегда делают в Индии для защиты от солнца. Между одной полой и другой было около фута пространства. В этом пространстве поместилась Лела.
Сквозь второе полотно Лела видела тени, чьи-то головы склонились над неярким светом. Здесь совещались саибы.
У Лелы сильно забилось сердце.
— Можно ли верить старой обезьяне? — говорил очень близко за полотном чей-то насмешливый голос.
— И всё же обратить внимание на последнее предложение шаха необходимо! — возразил другой голос, скрипучий и бесстрастный. — Может быть, старый шут не врет? Надо добиться ясности. Если старик не лжет и действительно готов открыть нашим войскам ворота дворца со стороны реки, то такой план штурма города, конечно, представит ряд выгод по сравнению с первым. Во-первых, тогда наш левый фланг будет упираться в реку, и, значит, слева мы будем неуязвимы. Во-вторых…
Это говорил Чемберлен.
«Если бы щука заговорила, у нее был бы точно такой голос», — подумала Лела.
Невилль Чемберлен уже оправился от своего ранения и принимал участие в военном совете. Обсуждался окончательный план штурма крепости Дели.
— … во-вторых, — продолжал медленный голос, — если мы беспрепятственно проникнем во дворец и овладеем столь важным участком на правом фланге противника, наши войска смогут непосредственно через западные ворота дворца войти внутрь города и по широкой улице Серебряного Базара начать постепенный захват глубоких позиций неприятеля…
— Я полагаю иначе! — сказал другой голос, отрывистый и энергичный.
Это говорил Никольсон.
— Я полагаю иначе. Лобовой штурм крепости, с Кашмирских ворот, будет, по моему мнению, в данных условиях более правилен. Фланговый штурм, обход и глубокое проникновение в тыл могут оказаться опасными в условиях, где буквально каждый переулок, каждый дом будет оказывать сопротивление. Правильнее будет, если шах откроет нам ход под Кашмирские ворота.
— А есть такой?
— Конечно, есть. Ответвление главного хода, несколько добрых мин, и Кашмирские ворота летят в воздух… Брешь в стене, и мы, начинаем штурм крепости прямо с лобового участка.
— Великолепно! Браво, Никольсон.
— Блестящая мысль!..
— Предложим старику такой вариант. Пускай тешится тем, что мы сохраним за ним престол Дели.
— Кто же займется этим?
— Ходсон, конечно, Ходсон!.. У него есть люди для таких поручений.
— Бедный Ходсон!.. Весь день у него толкутся в палатке какие-то грязные нищие факиры. Я не знаю, где Ходсон добудет достаточно лавандовой воды, чтобы отмыться после таких посещений.
— К делу, джентльмены!.. Окончательный ответ из дворца будет не раньше чем послезавтра. Мы должны сперва проверить: действительно ли шах готов впустить нас в город или это очередная восточная уловка…
