– Так не терпелось меня увидеть, что прилетела в офис на крыльях? – нарушил тишину Буланский. На его лице заиграла торжествующая ухмылочка. Дать бы в рожу этому хаму и наглецу!
– Прилетела. Но не на крыльях, а на маршрутном такси, – вежливо ответила я и выпрямила спину. Надела на лицо непроницаемую маску. – Доброе утро, Егор Николаевич. Я положила на ваш стол распечатки для веб-совещания с регионами, оно состоится в десять часов. Сейчас сделаю кофе.
Буланский стоял и жадно шарил по мне взглядом, то и дело возвращаясь к провоцирующему вырезу и ныряя туда глазами. Ложбинка между грудей была хорошо видна, и она выглядела настолько соблазнительно, что я и сама бы сошла с ума, будь я мужчиной.
– Полина… – хрипло произнес директор. – Тебе… идет это платье. Но…
Он не закончил фразу, судорожно сглотнул.
– Спасибо, Егор Николаевич, – церемонно ответила я. – Проверьте, пожалуйста, электронное расписание. Все ли вас устраивает.
Опустила глаза вниз и увидела, как начинает натягиваться ткань брюк у директора в том самом месте. Кому-то становится тесно в штанах? Ну, сорри, ничего не поделаешь. Я не виновата, что у некоторых придурков организм так устроен, что облегающее платье с вырезом действует на них как красная тряпка для быка!
Буланский перехватил мой взгляд и двинулся в мою сторону.
– А мы снова «на вы», Полина? – криво усмехнулся он.
– Безусловно! Надеюсь, вы не забыли, что здесь у нас работают видеокамеры?
Директор прошипел сквозь зубы какое-то ругательство и скрылся в своем кабинете. Через минуту просигналил селектор, оторвав меня от приготовления кофе:
– Полина, а почему на маршрутке? Ты же на машине?
– Машина в ремонте.
– Что стряслось?
– Вчера провалилась на дороге в огромную яму.
– Так смотреть надо, куда едешь!
– Когда мне вернут автомобиль из ремонта, я обязательно воспользуюсь вашим мудрым советом, – сексуально, с придыханием произнесла я в микрофон селектора.
Буланский пару секунд пыхтел, потом недовольно буркнул:
– Вот давай без сарказма, хорошо? А где мой кофе? Сколько можно ждать!
– Сейчас, – я закатила глаза и показала селектору средний палец.
– Неси скорее!
Подозреваю, он уже страстно желал остаться со мной наедине в своем кабинете, где камеры не установлены. Буланский предсказуем. Мой внешний вид и неприступность сильно его взбудоражили. Но впереди долгий рабочий день, куча дел, миллион встреч. Ему не удастся даже и на шаг ко мне подойти. Пусть страдает, негодяй!
Кофе в кабинет я заносила уже в компании коммерческого директора. Он как раз подошел и мечтал встретиться с генеральным. Чтобы поставить чашку перед боссом, я не стала обходить стол сбоку, а нагнулась над ним, так, чтобы мой вырез очутился прямо напротив лица Буланского. Начальник окаменел. Его член, надеюсь, тоже. Как же он предсказуем – мой босс!
– Без сахара, как вы любите, Егор Николаевич, – нежно проворковала я, выпрямляясь.
Буланский с едва сдерживаемым раздражением посмотрел на коммерческого директора. Тот спокойно раскладывал перед собой документы и что-то бормотал себе под нос.
Я развернулась на каблуках и удалилась из кабинета, грациозно покачивая бедрами. Плечи, спину, попу жгло – это директор поджаривал меня взглядом, как раскаленными углями.
*****
Понедельник выдался довольно утомительным, но грела мысль, что в конце дня на банковскую карту уже должна упасть зарплата за октябрь. Я сразу побегу к банкомату, расположенному в вестибюле нашего бизнес-центра, потому что в кошельке нет даже мелочи на маршрутку.
А если вдруг зарплату не переведут, придется у кого-то занимать. Но нам обычно всегда четко присылают деньги, день в день, это один из больших плюсов работы в нашем холдинге… откуда мне скоро придется уволиться из-за моего невыносимого начальника. Как жаль!
В четыре часа Буланский поехал на совещание в подразделение к брату. Я перехватила его по дороге:
– Подпишите, пожалуйста, отчеты. Это не займет много времени.
Босс выглядел несколько взмыленным. Его темная челка растрепалась, галстук он снял, куртка распахнута, портфель держал не в руке, а прижимал к боку локтем. Почему-то вдруг ужасно захотелось поправить ему узел галстука, пригладить волосы. Кхм… Странное и непонятное желание. Таким же лохматым он был после нашего бурного секса.
Я мотнула головой: не фантазировать! Хватит!
– Давай, – буркнул Буланский, подошел к моему столу и взял в руки протянутую авторучку.
Я стала подсовывать ему документы один за другим. Оставляя на бумагах размашистую подпись, он успевал сверху вниз пялиться на мою грудь. Я задумчиво потерла пальцем ложбинку, как будто машинально, словно у меня там зачесалось. Взгляд Буланского снова стал жадным, а ведь только что был уставшим. Лицо оживилось, он весь напрягся, рука зависла над очередным документом. Похоже, кто-то отправится на совещание в очень взвинченном состоянии!
– Вы еще здесь не подписали, Егор Николаевич, – издевательски напомнила я и постучала ноготком по листу бумаги.
Скрипнув зубами, Буланский поставил автограф.
– В семь подъедут из «Квадро», вы не забыли?
