Я улыбнулась и развела руками – нет, не ходила. Не стала сообщать, что всем этим премудростям меня постоянно учит моя близкая подруга. Ксюша могла бы сама вести подобные тренинги. Она ругает меня, что я не пользуюсь преимуществами, которые мне дает внешность. По ее словам, мужчинами надо пользоваться, надо приучать их тратить на тебя деньги.
Я не разделяю ее точку зрения, не думаю, что в основе всего должны лежать товарно-денежные отношения. Мне неприятно думать, что я буду обменивать свое внимание, или даже доступ к телу, на какие-то подарки. Тем не менее, я вовсе не осуждаю Ксюшу, так как и парни ведут себя потребительски, а некоторые даже по-свински.
Но я не призналась Вите, что поделилась мнением Ксюши. Не хочу, чтобы он считал мою подругу профессиональной пиявкой. Она вовсе не такая. И нельзя сказать, что ей везет с парнями. Несмотря на всю ее подкованность в этом вопросе, по-моему, Ксюша чаще сама остается в проигрыше, а не мужчина.
Виктору принесли горячее блюдо – ребрышки с картошкой, а мне – чай и малиновый пирог с меренгой.
– Точно не хочешь чего-нибудь посерьезнее? – еще раз поинтересовался Витя. Он уже три раза задал мне этот вопрос, по-видимому, никак не мог понять, каким образом человек после долгого рабочего дня может ограничиться салатом и десертом.
– Точно! Мне бы это съесть.
– Ты следишь за фигурой.
– Уследишь за ней, как же! – вздохнула я.
Это проблематично! Только глазом моргнешь, а твоя фигура уже в салоне шикарного автомобиля скачет, как наездница, на коленях у директора!
Упс… Я прикусила язык. Об этом я Виктору тоже не расскажу.
А он словно почувствовал, какие мысли промелькнули в моей голове. В очередной раз я удивилась его проницательности. Едва не вздрогнула, когда он задумчиво произнес:
– Знаешь, Поля… Давай поговорим о твоем директоре.
– Да? – я опустила глаза и принялась усиленно изучать начинку пирога. – А зачем? Мне его и на работе хватает выше крыши. Директора этого.
– Как он к тебе относится?
Вот это вопрос! Я и сама хотела бы узнать, что творится в сердце у моего босса. Что ему от меня нужно? Только секс?
Я подняла на Виктора мученический взгляд. Не понимаю, чего вдруг он затеял этот разговор? Дело в том, что я не могу говорить о Буланском спокойно. Он пробуждает во мне ураган противоречивых чувств. Боюсь себя выдать, того гляди щеки зальет румянцем, а взгляд начнет стыдливо бегать.
– Он тебя не обижает, Поля?
– Обижает. Но не сильно, – усмехнулась я. – То исчеркает какое-нибудь письмо, то зарубит презентацию, то на температуру кофе пожалуется. Но это все нестрашно. Начальство любит капризничать. Я спокойно к этому отношусь. Где еще найдешь такую зарплату.
– Кхм… А мне сказали, что ты ищешь новое место.
Я изумленно вытаращила глаза.
– Кто тебе сказал?!
– Слухи пронеслись по холдингу.
– Витя, ты совсем не похож на офисную кумушку-сплетницу! Тем более, ты занимаешься компьютерной безопасностью, значит, сидишь весь день, уткнувшись взглядом в монитор.
– Сижу, – подтвердил Виктор. – То есть, увольняться ты не собираешься?
– Эммм…
– Значит, да?
– Ну-у-у…
– Вот видишь! Я не ошибся. И сразу подумал, что должна быть веская причина. Учитывая репутацию младшего Буланского, можно сделать вывод, что ты хочешь уволиться из-за его поведения. Тут дело вовсе не в температуре кофе.
– А какая у него репутация? – насторожилась я.
– Бабник, плейбой, пикапер.
– Ну ничего себе!
– О нем такие разговоры ходят. Да и выглядит он соответствующе.
«Выглядит он обалденно», – едва не выпалила я, но вовремя себя остановила.
– Полина, он к тебе пристает?
– Нет, что ты! Боже упаси! – возмутилась я и сама поразилась, как искренне прозвучал этот гневный протест.
Конечно, Буланский вовсе ко мне не пристает. Он не подкатывал, не делал тонких намеков, не стрелял глазами. Просто однажды, когда я вошла к нему в кабинет, он усадил меня на стол и оттрахал так, что в глазах замелькала радуга.
Не знаю, можно ли расценивать это как приставание.
– Почему же ты ищешь другую работу?
«Что ответить? Что ответить?» – заметалась я. Ужин превратился в допрос. Расслабиться после тяжелого рабочего дня не удалось.
– Потому что я выдохлась. Слишком большая нагрузка. Я постоянно задерживаюсь до восьми. Всегда на связи, даже ночью, вдруг у партнеров, которые находятся в другом часовом поясе, возникнут какие-то вопросы. Бывает и по субботам готовлю документы, бронирую гостиницы для гостей, езжу в аэропорт встречать и так далее. Такое ощущение, что жизнь проходит мимо меня. А ведь это самые лучшие мои годы.
– Значит, ты хочешь найти что-то полегче?
– Да. Чтобы заканчивать в шесть вечера и после этого полностью принадлежать себе.
– Понятно… Я-то решил, что у тебя какие-то терки с Буланским.
– Вовсе нет. Все нормально.
…Я продолжала обдумывать слова Виктора и после того, как он подвез меня до дому, и мы расстались. Он назвал моего босса бабником и плейбоем. Это царапало мое самолюбие, я расстроилась. Незавидная репутация у Буланского. Почему-то хотелось найти у него больше положительных черт. Зачем мне это?
