Теперь, когда преграды в виде одежды не существует между нами, мы сцепляемся в одно целое, в плотный кокон и падаем на подушки. Начинается настоящая гонка – кто успеет оставить больше поцелуев на партнере. Мы оба словно в лихорадке, перекатываемся по кровати туда и сюда, осыпая друг друга поцелуями. Наши движения хаотичны, мне хочется съесть Полину, мой возбужденный член упирается в ее гладкий живот.
– Обожаю твои татуировки, – шепчет малышка, обрисовывая языком узор на моем бицепсе, а я от этих прикосновений начинаю рычать.
Потом девушка закидывает ногу мне на талию, и я, посмотрев вниз, вижу, что малышка до такой степени мокрая, что ее бедра блестят от влаги. Всего одно движение, и я оказываюсь внутри нее. Это совершенно волшебный миг. Мы оба замираем, потрясенные взрывом ощущений.
Я изо всех сил прижимаю к себе Полину, она прогибает спину, ее упругие круглые грудки расплющиваются о мою грудную клетку. Я чувствую прессом ее живот, но апофеоз ощущений – это быть внутри нее, погружаться все глубже в шелковистое и горячее лоно, умирать и возрождаться от того, как тесно оно меня обхватывает. Полина стонет прямо мне в губы, она выдыхает мое имя, и еще раз, а я ловлю этот звук, как награду.
После короткой паузы на старте я начинаю двигаться. Опрокидываю девушку на спину, подсовываю ладони под ее ягодицы и начинаю вбиваться в нее с яростью изголодавшегося дикаря. Малышка стонет, всхлипывает, захлебывается воздухом, а я утыкаюсь лицом в ее нежную шею и продолжаю безумный забег: жестко, страстно вколачиваюсь между распахнутых бедер, будто хочу протаранить Полинино тело. Это чистое блаженство, эта девушка – само наслаждение. Никогда и ни с кем я не испытывал таких острых и ярких ощущений.
А потом Полина превращается в натянутую струну, впивается ногтями в мою спину, хватает ртом мои губы, и несколько заключительных толчков заставляют ее закричать. Волна жгучего наслаждения окатывает наши тела, мы содрогаемся в экстазе.
– Я тебя люблю, – шепчу Полине прямо в ухо.
– Что? – удивленно переспрашивает она одними губами.
– Я тебя люблю.
Полина смеется и обхватив мою голову ладонями, притягивает к себе, чтобы еще раз поцеловать в губы. Наверное, ей трудно поверить, что сейчас я говорю совершенно искренне.
– И не спорь! – сразу же предупреждаю я. – А то получишь.
– Я уже получила, – шепчет Полина, и вид у нее совершенно счастливый.
– А я добавлю! – грозно заявляю я.
За этой фальшивой угрозой пытаюсь скрыть свою растерянность. Шквал эмоций меня сметает, я сам себя не узнаю. Ни одна девушка в мире не заставляла меня испытать благодарность за секс. А сейчас я лежу, весь опустошенный, и ощущаю нежность к этой маленькой женщине, которая только что билась и вздрагивала подо мной.
Мы точно созданы друг для друга. Нам надо просто признать этот факт.
ПОЛИНА
Полмесяца я так страстно мечтала снова встретиться с Егором. Сначала фантазировала, как оболью его презрением, брошу в лицо какие-нибудь проклятия. Потом поняла, что сгораю от желания просто его увидеть. Обида исчезла, растворилась.
А в голове засела картинка: я видела, как Егор играет в бассейне с маленькой племянницей, смеется, подбрасывает ее вверх в пене брызг… Наверное, именно в тот момент я вдруг остро поняла, насколько глубоко Егор вошел в мое сердце. Поняла, что люблю, что душа до краев наполнена этим чувством.
Но реальность навалилась темной тучей. Мы с Буланским расстались, нас больше ничего не связывает. Сердце сжималось от горечи, я не могла избавиться от ощущения потери.
Сегодня, когда Егор появился на пороге моей квартиры с огромным букетом роз, я едва не умерла от счастья. Это было как праздничный салют, как яркий фейерверк. Еще немного – и я сама начала бы фонтанировать искрами. После всего того, что рассказала Ксюша, я была готова броситься Егору на шею. В принципе, я как раз это и сделала.
Весь вечер мы занимались любовью. Сначала жадно, торопливо и яростно. Впивались друг у друга и не могли утолить голод. Потом, когда наши тела ныли от истомы, а все мышцы тянуло сладкой усталостью, движения стали плавными и медлительными.
А потом, когда мы уже и вовсе не могли пошевелиться, и лежали в обнимку, измученные и счастливые, Егор сказал:
– Хочу, чтобы ты вернулась в офис, Полина. Без тебя очень плохо. Бардак и разгром, невозможно работать. Вернешься?
– Сначала требую моральной компенсации за увольнение! – тут же сориентировалась я.
– Я постараюсь организовать и моральную, и материальную компенсацию. Мы поступили с тобой несправедливо, поэтому обязаны загладить вину.
– Ладно, я не обижаюсь, – сейчас я была готова простить что угодно, потому что витала в облаках от счастья.
– А еще… Полина, я хочу, чтобы ты переехала ко мне.
– О-о-о… – изумленно протянула я.
– Давай попробуем жить вместе? Давай попробуем превратить наш головокружительный секс в дополнение к чему-то более серьезному и глубокому.
– Егор…
– Знаю, что порой веду себя как придурок…
– Довольно часто!
– Но и ты не сахар, – Егор зажал мне рот ладонью. – Не перебивай, когда говорит босс.
– М-м-м-м, – промычала я, вращая глазами.
